Автобиография Йога полностью

В благочестивой семье брахмана с древней родословной 30 сентября 1828 года родился Лахири Махасая. Место его рождения было село Гхурни в округе Надии близ Кришнанагара в Бенгалии. Он был единственным сыном Муктакаши, второй жены почтенного Гаури Мохана Лахири[257]. Мать мальчика скончалась, когда он был еще ребенком. Сверх того весьма показательного факта, что она была пылкой поклонницей Господа Шивы[258], определяемого в Писаниях как «Царь йогов», о ней известно мало.

Мальчик, которого звали Шьям Чаран Лахири, провел ранние годы своей жизни в родовом доме в Гхурни. В три-четыре года его часто видели сидящим в йоговской позе в песках, скрывавших все тело, кроме головы.

Имение Лахири было разрушено зимой 1833 года, когда протекающая вблизи река Джаланги, изменив русло, исчезла в глубинах Ганга. Один из храмов Шивы, основанный семьями Лахири, погрузился в реку вместе с фамильным домом. Один из поклонников спас из бурлящих вод каменное изваяние Господа Шивы и перенес его во вновь построенный храм, ныне хорошо известный как местонахождение Гхурновского Шивы.

Гаур Мохан Лахири с семьей оставил Гхурни и стал обитателем Бенареса, где он тут же воздвиг храм Шивы. Ведя свое хозяйство по дисциплинарным правилам Вед, регулярно соблюдая церемониальное богослужение, он проявлял благотворительность и изучал Писания. Однако, будучи справедливым и непредубежденным, он не отвергал и благотворного потока современных идей.

Мальчик Лахири брал уроки хинди и урду в ученых кругах Бенареса. Он посещал школу, руководителем которой был Джой Нараян Гхошал, обучаясь санскриту, бенгали, французскому и английскому. Принявшись за непосредственное изучение Вед, юный йог жадно прислушивался к дискуссиям ученых брахманов по поводу священных Писаний, в том числе и Махратского пандита Наг-Бхатта.

Шьяма Чаран был добрым, честным и смелым юношей, любимым всеми товарищами. Хорошо сложенный, с сильным телом, он отличался в плавании и искусностью во многих видах ручного труда.

В 1846 году Шьяма Чаран Лахири женился на Шримати Каши Мони, дочери Шри Дебнараяна Саньяла. Будучи образцом настоящей индийской женщины-домохозяйки, Каши Мони бодро взялась за домашние обязанности и исполнение традиционного долга домохозяйки — служение гостям и беднякам. Союз этот был благословлен двумя сыновьями и двумя дочерьми. В возрасте двадцати трех лет, в 1851 году, Лахири Махасая занял место бухгалтера в инженерно-военном ведомстве британского правительства. За время службы он получил много наград. Таким образом, перед очами Божьими он был не только учителем, но имел успех и в маленькой человеческой драме, где играл порученную ему роль служащего в миру.

Поскольку управления военного департамента перемещались, Лахири Махасая переводили в Газипур, Мирджапур, Найнитал, Данапур и Бенарес. После смерти отца Лахири Махасая должен был взять на себя всю ответственность за семью, для которой купил тихой жилище в Гарудешвар Мохулле, по соседству с Бенаресом.

В тридцать три года Лахири Махасая[259] увидел осуществление цели, ради которой вновь воплотился на земле: близ Раникхета в Гималаях он встретил своего великого гуру Бабаджи, который посвятил его в крия-йогу.

Это был благоприятный случай не для одного Лахири Махасая, это был счастливый момент для всего человечества. Потерянное, давно исчезнувшее высочайшее искусство йоги было вновь возвращено свету.

Как Ганг[260], согласно Пуранической истории, пришел с небес на землю, предлагая божественный напиток страдающему от жары набожному Бхагирату, так и в 1861 году небесная река крия-йоги начала течь из тайной цитадели Гималаев в пыльные убежища людей.

Утесы северных Гималаев близ Бадринараяна все еще освящены живым присутствием Бабаджи, гуру Лахири Махасая. Уединившийся учитель сохраняет физическую форму в течении столетий, а возможно, и тысячелетий. Бессмертный Бабаджи — аватара. В индусских Писаниях это санскритское слово означает — нисхождение божества в плоть; корни его — ава — вниз и три — пройти.

— Духовное состояние Бабаджи выше способности человеческого понимания, — объяснил мне Шри Юктешвар. — Карликовое видение людей не в состоянии постичь его трансцендентность. Величие аватара тщетно пытаются постичь. Оно невообразимо.

Упанишады тщательно классифицировали все состояния духовного развития сущности. Сиддха (совершенное существо) прогрессирует до состояния дживанмукта (свободный при жизни), а затем до состояния парамукта (в высшей степени свободный — имеющий власть над смертью), последний полностью избавился от рабства майи и круга ее перевоплощений. Потому парамукта редко возвращается в физическое тело, а если возвращается — он аватара, божественно предопределенный посредник высших благ миру. Аватара совершенно не подвержен вселенской математике, его чистое тело, выглядящее, как световой образ, свободно от долга природе.