Я пытаюсь уснуть, но мысли не пускают. Основная из них – про женщину в аэропорту Горно-Алтайска, которая оказалась проклята «чёрной бабкой». Спустя три часа безуспешных попыток уснуть, зову Джая:
– Скажи, почему она появилась в моём пространстве?
– Ты можешь ей помочь, – отвечает Он, плавно материализовавшись в темноте.
– И как же?
– Снять проклятие, как же ещё, – пожимает плечами Он. – Пыщ-пыщ. Теперь ты это умеешь.
– Вот как? – ну и новость…
– Да. Давай посмотрим…
Передо мной появляется та самая женщина – она не видит меня, просто неподвижно стоит и смотрит прямо перед собой.
– Запроси через Творца просканировать её, – учит Джая.
Запрашиваю. Мысли путаются, и я стараюсь не думать, а видеть то, что придёт. Внезапно картинка с женщиной меняется: в области её сердца вдруг обнаруживается большое чёрное солнце, пылающее мрачными лучами, в центре которого находится круг с замысловатым узором грязно-жёлтого цвета, образованный повторяющимися фигурами. Всё это так загадочно и страшно, что я замираю.
– Бояться не надо, – предупреждает Джая. – Ты просто проводник, а не воин. Сейчас мы выпустим из неё проклятье и отправим его на Седьмой план, для трансформации в Свет и Любовь.
– А её согласие брать надо? – спрашиваю я.
– Обычно надо, но тут она и сама давно согласна. Проси через Творца.
– Окей, – я глубоко вздыхаю. – Творец Всего Сущего, пожалуйста… проклятье, наложенное на эту женщину… покидает её и всё, чем она является. Оно закончило своё действие, и в нём больше не нуждаются. Это сделано, сделано, сделано. Прояви это наилучшим, наивысшим и комфортным образом53, – я оборачиваюсь к Джая: – Так?
Тот кивает.
– Наблюдай из её пространства.
Мысленно я подхожу к женщине ближе и обращаюсь уже к чёрному пятну, пылающему внутри неё:
– Эй… Слышь… Твоё действие закончилось. В тебе больше не нуждаются.
Огромное жёлто-чёрное солнце из груди женщины начинает плавно стекать вниз, выплывает из пальцев обеих ступней и, поднимаясь кверху, преобразуется в воздухе в огромную кобру с капюшоном, на котором прорисован узор ровно такой же раскраски, как пылающее ранее солнце. Голова продолжается в туловище и длинный тонкий хвост, отражающий след, по которому она вышла из тела. Кобра стоит напротив меня, расправив капюшон и покачиваясь.
О, фак… Это сон или не сон?..
– Её надо проводить в Свет, – подсказывает Джая. – Чтобы не заблудилась.
– А не кусит? – настороженно спрашиваю я, потому что вообще-то боюсь змей.
– Ты под защитой. Исполняй.
Что ж. С некоторой долей уважения и опаски, я подхожу к кобре, обнимаю её, прижавшись к капюшону, и мы совершаем длинный полёт на Седьмой план, где попадаем в бескрайние искрящиеся облака, заполняющие всё пространство исключительной белизной.
– Очищайся там, и дуй обратно, – слышу голос Джая.
Тут же на меня льётся поток золотистых капель чистого божественного света, и уже в следующий момент я возвращаюсь обратно.
– Уф-ф-ф… Кажется, получилось, – отдуваюсь от нахлынувших впечатлений. Только что я обнималась с огромной коброй! Подумать только…
Я поправляю подушку и снова пытаюсь уснуть. В звенящей тишине громко и равномерно тикают часы на стене. Кошка топчется рядом и громко мурлычет. И вроде всё хорошо, и Джая здесь, но… кто это рядом с Ним? Кошка перестаёт мурчать, спрыгивает с дивана и ленивой трусцой убегает прочь, а в темноте, через пространство, ко мне приближается человекообразная сущность, никак не выражающая своих намерений.
– Кто это ещё? – я лежу, вцепившись пальцами в одеяло и не в силах пошевелиться.
– Расслабься, – утешает Джая. – Это чёрный человек проклятья.
– ЧТО? – едва не подскакиваю на месте.
– Та сущность, с которой ты работала. Она прошла через божественный Свет, и пришла поблагодарить тебя за то, что ты избавила её из рабства проклятия.
Вот это да!
Нечто из темноты наклоняется надо мной и мягко обнимает сквозь гору тёплых одеял и пледов – это похоже на то, как заботливо и бережно перед сном подтыкают одеяло близким людям. Воистину – поблагодарило! Затем сущность улетучивается обратно наверх.
– Ну… Добрых снов, – улыбается Джая и тоже исчезает в темноте, будто Его и не бывало.
…Врач! Исцели Самого Себя (Лк 6:23).
Вечернее персиковое солнце мягко освещает окрестности, и мы с Джая гуляем возле леса: Он без крыльев, одет в джинсы и жёлтую полинявшую футболку, что делает Его совсем не похожим на Ангела.
– У тебя офигенное тело и шикардосные ножки. Прям ваще, ваще, ваще, – внезапно выдаёт Он, интенсивно кивая головой для большей убедительности.
Улыбаюсь. Кто ещё, как не Он, может повысить мою самооценку комплиментами?
Тут моему взгляду открывается жёлто-фиолетовое поле из цветов с романтическим названием Иван-да-Марья.
– Ой, какое чудо, – нежным девичьим голоском вещаю я, перебегая с места на место, подобно порхающей бабочке. – Ах! Травинка какая! Цветочек! Букашечка!
И вдруг я вижу блестящую от утренней росы паутинку и сидящего на ней крошечного паучка. Из меня вылезает нечто грубое – вероятно, заскучавший внутренний мужик. Густым, раскатистым басом я кричу на весь лес:
