Ари потёр лоб.
– Так и есть. По крайней мере, я так думал. Но, кажется, даже русалки не чувствуют себя в безопасности от Шаар, несмотря на надёжную стену из медуз.
Эмма убрала волосы за ухо.
– Тогда чего мы ждём? Мы уже знаем, где нужно искать. Давайте отправимся в то скрытое туманом место!
Ари развернул карты и почесал голову.
– Посмотрите: таких мест много, и находятся они далеко друг от друга. У нас уйдёт вечность на то, чтобы заглянуть в каждое. Если белая дымка там такая плотная, что скрывает всё, то, должно быть, туман там словно стена. Я понятия не имею, как его преодолеть.
– А теперь серьёзно, Ари, – Макс нахмурился. – Туман не может быть стеной, это бред!
– Может. К тому же человек теряет ориентацию в пространстве, потому что ничего вокруг себя не видит, и…
– Но у нас же есть карты, – прервала его Эмма.
– И этот туман ядовит, – продолжил Ари. – Сначала человек становится немного вялым и медлительным, но в такой концентрированной форме яд быстро сводит с ума. Я уже слышал о людях, потерявших разум.
Эмма и Макс растерянно смотрели на него.
– Подождём ещё чуть-чуть. Возможно, Вилма что-то предложит, – проговорил Ари и занялся изучением карт.
Макс посмотрел на постепенно пустеющую библиотеку.
– Скажи, Ари, там, в библиотеке, я так хорошо видел своим правым глазом, словно это лупа…
– Конечно, так у всех, – проворчал Ари. – Голубой глаз – подводный глаз.
– Подводный глаз?
– Значит, поэтому у всех местных разноцветные глаза, – подключилась Эмма.
Ари наклонился к девочке и уставился в её карие глаза.
– А у тебя нет подводного глаза, – заметил он и посмотрел на неё так, словно она серьёзно больна.
Щёки Эммы порозовели.
– Э-э-э… нет, со мной всё в порядке.
Их прервал громкий стук в дверь. Макс встал, открыл дверь и впустил в комнату Вилму, восседавшую на быстростуле.
Приглашая её внутрь, Макс задумался, стоит ли спросить Вилму об отце. Он не хотел снова слышать, как кто-то высмеивает Мортенсена, но это была хорошая возможность выяснить что-то новое. Судя по всему, Вилма многое знала. Прежде чем Ари и Эмма успели что-то сказать, он выпалил:
– А вы знаете Мортенсена Хикманса?
Русалка подняла тонкую изогнутую бровь и посмотрела на Макса пронзительным взглядом.
– Конечно, я знаю Мортенсена Хикманса. Мы были хорошими друзьями.
Эмма уселась на пол рядом с огромным хвостовым плавником Вилмы.
– Откуда? То есть… откуда вы знаете его, мисс… Вилма… Русалка, мадам…
Вилма дружелюбно улыбнулась Эмме.
– Вы можете называть меня Вилмой. Я учёный, как и Мортенсен. Он раньше часто бывал в библиотеке. Учитывая его мировоззрение, он любил устраивать дискуссии и умел озадачить даже меня. – Её лицо потемнело. – Я всё ещё не верю, что он был нечестен, когда говорил об открытии другого мира, что он хотел лишь стать знаменитым.
– Мортенсен – мой отец, – решительно заявил Макс. – Мы должны его найти. Только он знает обратный путь наверх.
– Наверх? – Вилма удивлённо посмотрела на Макса. – Мортенсен твой… О да, конечно! Теперь, когда ты сказал… Ты и правда похож на него. Скажи… скажи, ты из того мира, о котором рассказывал Мортенсен?
Макс посмотрел на Эмму.
– Да, мы точно не из Зееланда.
– О Нептун! – воскликнула Вилма. – Это невероятно! – Она взволнованно поправила очки. – Исчезновению Мортенсена должно быть объяснение!
Ари расправил старую карту, разложенную на полу.
– Вилма, так вы знаете, что это за местность? Там держат похищенных, да?
Вилма нагнулась и взглянула на участок карты, на который указывал Ари.
– Возможно, – сказала она. – Но у меня есть сомнения.
У Макса разочарованно опустились плечи.
– Почему?
Вилма взмахнула хвостом, отчего по эластопри пошли волны.
– Эти исчезнувшие ныне земли служили местом отдыха. Там были открытые лагуны и коралловые рифы. Мне трудно представить, чтобы Шаар поместили пленников именно туда, те места ничем не напоминают темницу. Думаю, они сами там обосновались. Мне кажется, что похищенных держат в бесконечных просторах в Подглубинье.
«Подглубинье?!» – подумал Макс, но тут Ари поднял огромную карту.
– Хорошо, а как насчёт этих мест? – Он показал на обширное плато, на котором возвышалось похожее на яйцо здание.
Вилма задумчиво покрутила коралловое ожерелье.
– Там была расположена старая фабрика марганцевой конкреции, она больше не работает. Зачем Шаар держать заключённых там? Подглубинье огромно. Они могли бы спрятать похищенных людей где угодно.
Эмма посмотрела на здание в форме яйца.
– Почему-то оно мне знакомо, – пробормотала она, пошла к своей кровати и вытащила из футболки свёрток. Развязав его, Эмма вытряхнула на кровать оставшиеся гресхамы, эхозвонок и карты, которые она забрала с пиратского корабля.
Девочка вернулась вместе с пиратской картой и сравнила с той, которую рассматривал Ари.
– Кажется, они совпадают… – С картами в руках девочка подошла к окну и наложила их друг на друга на стекло. Схема с пиратской карты точно вписывалась в схему старой фабрики. Бесконечное число коридоров словно образовывало лабиринт.
Вилма подкатилась к девочке и принялась внимательно изучать обе резиновые карты через лупу.
Ари одобрительно присвистнул.
