Макс надел наутоскоп на Ари. Пока «Бобби» мчался к куполу, он не осмеливался обернуться назад и посмотреть на рартуунов. Кажется, эти чудовищные рыбы отдалились от Моник и теперь гнались за «Бобби». Очутившись прямо в белой дымке, кусто так сильно заскрипел и завизжал, что Макс испугался, как бы не лопнули стёкла в иллюминаторах. О металлическое тело «Бобби» ударились тысячи плавников. Макс чуть не терял сознание от резкого стрекотания в совокупности с воем сирены, вопящей о недостатке кислорода.
– Дозорные! И тут они! – Ари так сильно вцепился в штурвал, что у него побелели костяшки пальцев.
Эмма стояла рядом с Максом и широко распахнутыми глазами смотрела на рартуунов, несущихся за ними сквозь туман. «Бобби» окутывали белые клубы дыма, и казалось, что в любой момент их поглотит пустота.
Первый рартуун изо всей силы врезался в них сбоку, отчего «Бобби» перевернулся. Ари от страха рванул штурвал. Макса бросило вперёд, но он успел ухватиться за карман штанов резинового костюма Эммы, прежде чем оба упали на приборную доску.
Остатки кислорода покидали кусто. Макс почувствовал, что становится трудно дышать. Он не позволял себе впадать в панику: нужно сохранять холодную голову. Эмму сотрясал кашель.
Ещё один рартуун снова ударился о кусто и помял левую стенку «Бобби». Одновременно Макс услышал, как клюв дозорного стучит по помятому боку кусто.
Ари тоже закашлялся. Он выпустил из рук штурвал и боком упал на пол. «Бобби» остановился.
Макс отчаянно и решительно оттолкнул Ари, схватил наутоскоп и надавил на рычаг скорости. «Бобби» рванул вперёд.
Труба, находящаяся внутри купола, вела в нижний зал. Макс направился прямо туда. Он чувствовал, как горят лёгкие.
– Ребята? – внезапно в кабине раздался голос Ингмара. – Алло, ребята!
Эхозвонок лежал возле Эммы, вцепившейся в кресло и остекленевшими глазами уставившейся в пустоту. Её лицо в тусклом освещении казалось призрачно лиловым.
Макс закашлялся и, хотя в его горле пересохло, прохрипел:
– На помощь! На помощь! Господин Ингмар… мы не можем…
Вокруг «Бобби» тощие белые рыбы-дозорные, бьющиеся по лобовому стеклу. Их стрекотание болью отдавалось в голове.
– Макс? Вы уже перед Вратами Бункера? – словно издалека, из эхозвонка доносился голос Ингмара.
– Стена… белого… тумана, – выдохнул мальчик.
Перед кусто вынырнул рартуун, на большом лбу которого красовался мощный рог, а взгляд невыразительных красных глаз был направлен на «Бобби». Они вскоре столкнутся. Сердце Макса колотилось в груди. Вот и всё. Он считал секунды: три, два, один… И тут рог рартууна ударил в лобовое стекло прямо перед Максом. В мгновение ока трещины разошлись по всему окну. Кусто снова со всей силы бросило в сторону. Стена возле кресла Эммы прогнулась, и девочку выбросило из сиденья. Она беззвучно свалилась на пол.
– Эмма?! – крикнул Макс, но она не отозвалась.
Ари оглушенно покачал головой и пополз к Эмме. Ещё один рартуун врезался в иллюминатор. Снова трещина. Вскоре стекло лопнет… Металл прогибался и дребезжал под мощными ударами, пока внешний люк шлюза «Бобби» не сломался. Дверь на куполе открылась и опустилась. Макс крепко держался за руль. Он чувствовал, что «Бобби» вскоре развалится. В венах пульсировала кровь, и он хватал ртом воздух. «Бобби» покачнулся и со всей силы врезался в одного из рартуунов. Из-под металлических пластин под их ногами стал подниматься дым.
В окружении рартуунов Макс тем не менее направился дальше, к трубе. Чешуйчатые рогатые рыбы плавали вокруг, не отрывая глаз от кусто. Но больше не нападали. Шум затих… Внезапно наступила тишина. Даже стрёкот прекратился.
Макс хрипел. Ему нужен был воздух, и на то, чтобы посмотреть, в чём, собственно, причина перемен, сил не оставалось. Словно в трансе, он цеплялся за штурвал, пока «Бобби» не погрузился в мягкую резиноподобную массу купола и с хлюпающим звуком не поплыл по гигантской трубе. Судя по всему, это была некая мембрана, служившая шлюзом. «Бобби» резко влетел внутрь и начал опускаться вертикально вниз. Переднее стекло всё-таки лопнуло, и Макс еле успел увернуться. Во все стороны полетели осколки: «Бобби» с грохотом упал. Макс всё ещё сжимал штурвал в руках, когда удар от падения откинул его назад. Вокруг, словно метеоритный дождь, падали искорёженные куски металла.
Макс жадно хватал ртом воздух. Наконец! Пару вздохов он просто лежал, но потом устало приподнялся. Сломанный штурвал всё ещё оставался у него в руках, и мальчик отбросил его в сторону. От «Бобби» осталась лишь гора металлолома. «Быстрый Парусник» дымил рядом с корпусом кусто.
Наутоскоп криво сидел на носу Макса, и в первое мгновение он не понимал, что происходит. Что-то было не так, но он не мог понять, что именно. Воздух был каким-то туманным, и мальчик ощущал себя ужасно вялым.
Почему Ари ничего не говорил теперь, когда «Бобби» развалился на кусочки, безжизненно валяющиеся на полу?
Макс бросил взгляд в сторону. Ари неподвижно лежал на земле в паре метров от него.
– Эмма?! – позвал Макс, подползая к Ари.
– Что? Где мы? – раздалось позади него.
