Шейху Абу-с-Сауду почудилось, что тайный голос позвал его. Его слышат только праведники как наставление или предупреждение. Шейх боится видений. Но тайный голос не может быть видением. Почему он раздался? Чтобы предостеречь, спасти или наставить на путь истинный? Какая беда стучится в усталое больное сердце? Как ему узреть истину? Говорят: «Учитель благословил Аз-Зейни в первый год». Но люди уже не провозглашают его имени — забыли. Он стал вывеской для всего, что творится. Ах, если бы добраться до древа истины, о котором ему рассказывали праведные отшельники! Тому, кто вкусил его плодов, неведомо заблуждение. Он всегда достигает истины, сколько бы ни петлял и ни плутал. Шейх не добрался до Древа и не увидит его даже во сне…
Пришел старый дервиш, родом из Верхнего Египта. Принес финики и кувшин молока. Шейх поел и попил. Дервиш наклонился к нему и сказал шепотом:
— Учитель, у двери стоит человек по имени Ад-Дамрави.
— Я не прячусь от народа.
Вошел Ад-Дамрави. По внешнему виду человек состоятельный.
— Я пришел пешком, мой учитель, — сказал гость.
— Откуда ты?
— Из Манфалута. Аз-Зейни направился в Манфалут после того, как султан отбыл в Сирию. Там он собрал всех жителей от мала до велика. Он говорил им об истинном смысле того, что случилось, и о вероломстве османского правителя. Между прочим, сказал, что не сомневается в том, что османы попытаются захватить. Египет. «Но воины султана и рыцари ислама, сказал Аз-Зейни, — преградят им путь. Египет находится под защитой праведников. Трудно овладеть страной господина нашего Хусейна, святого Ахмада аль-Бадауи, праведников Абд ар-Рахима аль-Канауи, Аль-Фули, Аль-Кутба аль-Кауи, ад-Дасуки, Ар-Рифаи, святых сподвижников нашего светозарного учителя-чудотворца Абу-с-Сауда».
Он заставил людей плакать, о учитель! А потом сказал, что казна султана очень нуждается в средствах и поэтому он просит всех помимо налогов за этот год собрать налоги и за будущий. Когда люди зашумели и загалдели, Аз-Зейни заговорил по-другому. Он сказал, что каждый должен что-нибудь продать — ведь он же заступился за них, защитил от эмиров и мамлюков. А если бы Аз-Зейни их оставил в беде, то мамлюки пришли бы с огнем и мечом, угнали бы в рабство их сыновей и дочерей, как скот. Так уже не раз бывало. В конце своей речи он упомянул завещание своего учителя шейха Абу-с-Сауда. И люди разошлись, учитель. Ах, извини меня, учитель!
Ад-Дамрави заплакал. Пророк Илия отвернул лицо свое. Мюриды зашумели. «После того как люди ушли, — продолжал свой рассказ Ад-Дамрави, — Аз-Зейни остановил меня и еще четырех жителей деревни и сообщил нам сведения о нашем имуществе. Мы очень удивились, откуда он это узнал. Затем Аз-Зейни сказал, что каждый из нас обязан отдать ему тысячу динаров. И добавил: «Отдать во что бы то ни стало». И странно, учитель, куда девалась его мягкость! Он сказал, словно швырнул нам эти слова в лицо. Потом добавил сурово, что дает нам месяц сроку, а если опоздаем с уплатой, то с благословения учителя наши дома будут снесены».
Ад-Дамрави ушел. Шейх взглянул на потемневший лик небес. В этот час крестьяне возвращаются в свои глинобитные жилища. Воины султана разводят костры в степи у Алеппо. Мореплаватели блуждают в незнакомых морях. Господин наш, пророк Илия, ведет их к спасению. Рассудок оставляет заблудившихся в пустыне. Ночь опускается на скалы и пески. Никому не добраться до них, кроме пророка Илии. Ночью, но в какой час, этого не знает ни один человек, ни один самый праведный из праведников, в неизвестном месте, где не ступала нога живого существа, появляется наш господин Илия, чтобы взглянуть на страну Гога и Магога: не разрушили ли они плотину, чтобы затопить мир? Шейху не дает покоя тревожная мысль: а может быть, кто-нибудь из этих «гог» уже пробрался к нам, в наш мир, и принял людское обличье?
Он оставит келью на время… Саид больше не приходит в его дом.
— Фарах!
Явился старый мюрид. Он приходит к шейху всего лишь раз в году всегда в одно и то же время.
— Иди к Аз-Зейни Баракяту. Надень красную ленту на свою чалму. Позови его. Скажи, чтобы пришел ко мне вечером… обязательно приведи его!
Пятница, 15 ша’бана, 922 г. хиджры. Канцелярия начальника соглядатаев Каира.
