До поселения дай-даев был один день пути, но не хотелось нападать на них ночью. Они и так маленькие, коричневые, ничего не будет видно. Поэтому в путь мы двинулись не ранним утром. Как оказалось, Альбрус разбудил меня около полудня. Преодолев половину пути, мы стали лагерем прямо посреди поля. На всякий случай, Альбрус послал вперёд несколько птиц-разведчиков, на случай, если дай-даи выйдут погулять. Все-таки до их лагеря осталось пара часов пути, не хотелось бы, чтобы нас заметили.
По нашим подсчётам, их осталось не более двух тысяч по всем поселениям. А их ровно восемнадцать. Оставшиеся дай-даи просто необходимы для защиты и ухаживания за своими полями. Альбрус, кстати, хитрюга, договорился с Дариусом, что засеянные поля не будут уничтожены, а летом мы соберём колоссальный урожай. После этого часть территории будет относиться Фарлонгскому лесу, а часть отдана нашей академии, которая пришлёт сюда крестьян.
Делать было нечего. В чистом поле и поглядеть не на что. Альбрус и Дариус снова обсуждали дальнейший план действий. В основном они спорили о будущем маленького народца — Дариус хотел как можно больше поймать и принести в жертву. Альбрус, зная ужасные подробности сего ритуала, упрашивал о более быстрой смерти для них. К сожалению, ловить мечущихся в панике карликов было намного веселее, да и празднество потом было бы пышнее.
Пока они горячо спорили, я увидел, как на огромной скорости к нам нёсся один из ястребов. «Ну, что опять?» — подумал я. Ещё скажите, что на самом деле дай-даи живут под землёй, и теперь, в час нужды, десятки тысяч озлобленных карликов вышли на поверхность, дабы уничтожить обидчика. Ох и бред. Но я ничему не удивлюсь.
На подлёте, птица сбавила скорость и с важным видом опустилась на руку друида. В отличие от предыдущих разведчиков, этот вёл себя спокойно. Спустя пару минут, Альбрус закусил нижнюю губу, помотал головой взад-вперёд, и, пожав плечами, поделился докладом с нами:
— Ну, что я могу сказать… — начал он. — Оказывается, все не так просто.
— Чего там, не томи! — никак не привыкну к мощному басу Дариуса.
— В общем, наши дай-даи не такой уж приличный народ. Эти, простите меня, засранцы, позвали как-то в гости несколько племён, живущих на землях академии. Их там не так много было, они у нас подрабатывали, к-хм, дом работниками. Слугами, в общем. Так вот, когда те приехали в гости, их взяли в рабство и заставляют теперь вместо себя работать в поле. Травки им, естественно, не дают. Так что у нас тут есть злобные карлики, и порабощённые карлики.
— Одних — в жертву, вторых — убить! — тут же воскликнул с радостью вождь. — Слабаки не годятся в жертву!
— Нет, мой кровожадный друг, так мы не поступим, — покачал головой друид. — Нужно подумать.
— А чего тут думать, — неожиданно для себя, сказал я. — Вы хотели оставить сотню в живых, чтобы разводить их потом? Ну, так не надо. С рабовладельцами делайте, что хотите — убивайте, в жертву приносите, мне все равно. Они уже не достойны жить, если у них крыша совсем поехала. А вот тех, что в плену — освободить и оставить жить здесь. Они и благодарны будут — своя земля, как-никак. Травой будут все королевство обеспечивать. Ваша академия обеспечит им неприкосновенность, а кентавры — защиту от воров. Вот кто полезет стащить пару кустов, когда рядом Фарлонгский лес?
— Разрази меня гром, парнишка дело говорит! — взмахнув своим копьём, рявкнул Дариус.
— План и вправду хорош, — одобрительно закивал Альбрус. — Мой пернатый друг облетел все восемнадцать поселений, там по полсотни пленных в каждом или около того. Ну что, жадина-кровожадина, пару тысяч карликов хватит тебе на твой праздник?
— Ещё как! — выкрикнул Дариус и произнёс что-то на не понятном языке, оканчивавшейся фразой «… будет доволен». Вероятно, это он произнёс имя бога любви, которому предназначается празднество.
На этом и порешили. Вождь раздал приказы своим бойцам, которые восприняли их с огромной радостью. Я увалился спать рядом с Михой, тот уже тихонько похрапывал.
Встали мы рано утром. У всех — боевой огонь в глазах. Наконец-то они покончат раз и навсегда со своим врагом и этой дурацкой войной. Солнце едва встало, было необычайно холодно. Когда уже весна вступит в свои права? И заморозков нет, но все равно холодрыга, а под ногами грязища ещё та.
До первого поселения мы дошли через пару часов. Никто и не думал скрываться. На полном скаку мы ворвались в деревню, сбивая всё на своём пути. Бедные пленники закричали в один голос: «Помогите! Помогите нам! Мы здесь!». Крик доносился из большого уродливого здания — видать там они ночевали.
Но ещё громче доносились из всех уголков поселения крики коренных жителей. «Какие они все-таки убожества» — подумал я. Даже сейчас, когда им грозит тотальное уничтожение, они выкрикивали только одну фразу: «Нет! Дай-дай! Нет!». Они даже не пытались сопротивляться, они бежали в поле и падали на колени, обнимая и целуя кусты травы.
