— …ты закончил, Янко? — раздалось в наушнике.
— Ага.
Янко спокойно шагал по пустым коридорам тюрьмы, перешагивая через трупы убитых жандармов.
Убийство — самое нелюбимое занятие цыган из свободного племени.
Однако… когда ты наёмный убийца, периодически приходится нарушать табу. Да что уж там, приходится этими убийствами жить.
— Ладно, Янко, — голос Пелагеи снова прошёлся в наушниках. — Я отправила сообщение японцам. За Граала они уже заплатили.
Янко кивнул, прикрывая за собой очередную дверь. И теперь он шагал в сторону имперских катакомб.
— Напиши, могу начать с Раевских. Эти, вроде, не так опасны, — лениво протянул Янко, спускаясь по металлической лесенке.
— Нет-нет, Раевских пока не трогай, — заговорила Пелагея после секундной паузы. — Пишут, с ними позже сами разберутся. Пока Красный орден.
Янко Драгомир устало выдохнул, спрыгивая на землю и продолжая путь.
— Как там Дрина? — он оглянулся, стараясь идти как можно тише.
— Спит твоя сестрёнка, — отозвалась Пелагея. — Говорит, скучает по свободному поселению, танцам и цыганскому барону.
По барону? Как можно скучать по этому алкашу?
— Передай с утра этой дурочке, чтобы никому не звонила. Ни Романовскому, ни кому-либо ещё. Я на задании, и очень опасном.
— Передам, господин Драгомир, — голос Пелагеи стал чуть заигрывающим. — Возвращайся в особняк. Я наготовила еды и заправила постель.
— Спасибо, родная, — губы Янко дёрнулись в улыбке. — Буду спать как убитый.
— А какой у нас план? — вопросила она напоследок. — Как ты Эраста из ордена выцепишь?
— Поначалу попробуем договориться, — пожал плечами наёмник. — А затем будем внедрять тебя, родная, в Красный орден. Времени мало, поэтому действовать надо быстро.
Пелагея вздохнула с грустью в голосе.
— Отправляешь меня в логово этого монстра?
— Увы, это необходимо, — с теплотой в голосе отозвался он. — Только тебе доверяю.
— Ладно, я поняла, — добавила она и… замолчала.
…дальше Янко Драгомир прорывался по катакомбам в абсолютной тишине, прерываемой лишь звуками собственных шагов.
«Утро» для меня наступило где-то в полдень. Но даже с этой мыслью я не думал открывать глаза.
Прошлая ночь была бессонной — слишком много разных мыслей, не оставляющих меня на протяжении долгих часов, лезли со всех щелей.
К примеру, та же трость Раевского.
Артефакт канцлера явно превышает частоту распада Ауры амулета Граала. Я не успел точно определить, какие именно камни были вплавлены в сплав трости, да и сам сплав не оценил должным образом, вот только… что-то подсказывало, что там как минимум алоний.
Но если с тростью всё было более-менее ясно и прозрачно, то с мамой…
С этой женщиной пока идей вообще не было.
Не то, чтобы я был обижен, или что-то ещё… всё же мне издавна перевалило за три сотни; вот только, когда тема касается родителей, ты всегда остаёшься их ребёнком, даже если фактически сильно старше.
Сверху этих размышлений ещё и Красный орден умудрялся внести свою лепту.
Что с ними-то делать?
Эти гиены жалки, слабы и бесхребетны. Однако что-то им позволяет оставаться на плаву. Ведь они не только сохранили каждого своего бойца, (не считая тех, что погибли ещё в Крахе) но и смогли-таки избавиться от заносчивых самураев. Более того, аферисты умудрились возвысить имя своего ордена до запредельных высот.
Только за ночь новостные каналы успели выпустить около десятка популярных статей, в которых «Красный орден одержал верх над Японией», либо «Красный орден стал частью верховной палаты Империи».
Казалось бы, причём тут Красный орден, но всё же…
Желтуха, старый культ и многое другое позволяло ордену казаться неуязвимым. К тому же, после всего раздутого шума, я мог смело взять в свои руки управление орденом и использовать его для отвода глаз…
Ну и вдобавок, разумеется, отношения с Софией Раевской.
Дочь канцлера уже, казалось, была окутана моими чарами харизмы. Однако вела себя со мной немного надменно.
Перевернувшись на другой бок, я устроился поудобнее. Боги, посетившие Насгард, не любят суету, спят долго и крепко. К тому же, просыпался я в последние дни только под крики Лизы.
А сегодняшнее утро — такое ленивое — встретило меня…
…звонком в дверь?!
Разрази меня Богиня-мать, чем я вам так нагрешил?! Шум будет и дальше преследовать меня на протяжении всего существования в этом теле?
Недовольно бормоча что-то в мыслях, я скинул с себя одеяло — и неспешно зашагал к двери, почёсывая где-то под поясницей.
— Ты всё ещё спишь?
— А ты своим традициям не изменяешь, — я мотнул головой, пропуская в дом Альтара Блэка.
Мужчина спешно разулся и зашагал на кухню, держа в руках новенькую папку с документами и пакет продуктов. Без особых разговоров он высунул из своего пакета коробку с кусками пиццы и разложил их по тарелкам. Ловко наполнил чайник водой, поставил тот на плиту — и свалился на диван.
— А ведь ты мне должен, Эраст, — заметил он, сцепив руки в замок перед собой. — За церемонию.
