Вскоре после отъезда детей мама становится всё слабее, на улицу не выходит уже давно. Она старенькая, не помнит ничего и никого. Я приезжаю к ней довольно часто. Большую помощь оказывают милые женщины, ухаживающие за ней день и ночь.
Она угасает, и на 90-м году жизни (три месяца до своего дня рождения) умирает в больнице, где пробыла последние два дня. За пять часов до смерти мы с ней ещё разговаривали. Я спрашиваю: «Мама, как ты поживаешь?», она отвечает: «Прекрасно! Хожу гулять, в театры, на концерты». Я: «Вот счастливая! Как я тебе завидую!», и положила руку ей на лоб – это было прощание…
…И вот мы опять в пути, в самолёте, летим в Лос-Анджелес к детям. Путь долгий; Додик спит, а я смотрю в окошко и мечтаю, как уже совсем скоро мы увидим наших сладеньких куколок, будем обниматься, целоваться, потом я вдруг скажу им: «Подождите минутку! Я только возьму из чемодана ещё немножко поцелуйчиков!» Они будут хохотать, и, взявшись за руки, мы побежим куда-то, подпрыгивая и пританцовывая…
Сашенька. 1975
Александр Герингас. 1994
Давид Герингас и Татьяна Шац. Малый зал Московской консерватории, 1972. Фото А. Геринаса
1978
Италия, 1987
С Мстиславом Ростроповичем. Кронберг, Германия, 1997
Давид, Александр и Катарина Герингас. Лос-Анджелес, 2014
Леа-Матильда и Полли-Жозефина. 2014