Яга кинула на авоську острый взгляд.
– Заманим Кощея в лес, а между ним и его бессмертием твердыню выстроим! Вот это будет дело!
– За иглой шибче смотри! – сказал домовой. – Кощей её соединить хочет.
– Знаю!
Яга перевела взор на домовых, Афанаську и Катьку. Будто что вспомнила:
– Вы чегой-то ещё здесь? Ну-ка дуйте домой!
Те хотели было что-то возразить... Но сами не заметили, как исчезли.
Тут на фоне чёрной тучи показалась... деревянная бадейка. Ступа то есть. Она отважно летела по небу, игнорируя аномальное торнадо над крышей музея.
Как только ступа приземлилась перед Бабой Ягой, та постучала клюкой о землю. Палка превратилась обратно в метлу. Яга посмотрела на Сеньку и решительно скомандовала:
– Залезай!
Мальчишка забрался в ступу вместе с авоськой. Старая сунула ему метлу и хлопнула ступу по боку:
– Лети, родимая!
Ступа взмыла вертикально вверх, словно вертолёт.
Сенька с ужасом и восторгом наблюдал, как внизу мчатся улицы и дома. «Вот это да! – думал он. – Круто! Жаль, что расскажешь кому – не поверят!»
Напрасно он так думал. Потому что именно в этот момент к музею подошёл Никитос, жуя последний мамин оладушек. Разинув рот, он наблюдал, как его друг Сенька уносится в чёрное небо в ступе. Ну что тут скажешь?
Никитос вздохнул и потопал по ступенькам ко входу в музей...
– Сегодня закрыто! – сообщила ему красивая тётенька с косой. – Не надо тебе сюда. Иди лучше домой.
– Да? А почему? – удивился Никита, изучая знакомую уже зелёную тётку с паклей водорослей вместо волос, которая стояла рядом с красавицей. – А я вас знаю! Здрасьте!
Кикимора бросила на него хмурый взгляд.
Никитос повернулся к старухе, похожей на ведьму.
– А вас – нет. Раньше не видел.
– И больше не увидишь! – непонятно ответила та.
Яга вдруг растопырила руки.
– В круг! – грозно закричала она.
Марья послушно встала куда сказали, взяла Бабу Ягу и Кикимору за руки. Яга что-то пробормотала...
И они – все трое – растворились в воздухе.
Никитос посмотрел на пустое место. Ну что ж. Если честно, он уже почти ничему не удивлялся.
Кощей потихоньку оттаивал – неподвижно стоял в луже, куда капало у него с носа, с редких седых волос, с дряблых больших ушей. Иван Додонович обречённо сидел рядом, следил за процессом.
Наконец, оттаяв, Кощей сделал шаг вперёд. Додоныч вскочил, готовый его поддержать.
– На волю! – просипел Кощей.
И показал пальцем вверх.
Шаг за шагом, ступенька за ступенькой, они выбрались из музея. Бабы Яги, Марьи, Кикиморы и Сеньки уже след простыл.
Хотя... нет. На горизонте плыла деревянная ступа, за которой, как от самолёта, тянулась дымная полоса.
– Нет добра без худа, – злорадно улыбнувшись, сообщил Додонычу Кощей. – Видишь полоску? От моего бессмертия след!
Директор музея понимающе кивнул.
– По нему я найду лаз в твердыню! И тогда никто не помешает мне уничтожить волшебный лес! И всех, кто там есть! И всех, кто против меня!
– И... Марью? – уточнил Иван Додонович.
– И её! – подтвердил Кощей.
Додоныч то ли всхлипнул. То ли закашлялся.
Когда Сенька подлетел к твердыне, проход между мирами стал таким большим, что ступа въехала в волшебный лес, как телега в открытые ворота. Твердыня на глазах истончалась, трещала, искрила по краям нелатанных дыр. Полупрозрачный в начале, защитный купол всё мутнел, провисал лохмотьями. С каждым мгновением он всё больше походил на ветхую грязную простынь.
Ступа затормозила прямо перед Ягой, вытряхнула Сеньку с авоськой и метлой и устало поковыляла к избе.
– Замаялась, сердечная! – пожалела её Яга.
Она забрала у Сеньки свою метлу. Скомандовала Марье:
– Кощеево бессмертие у мальца возьми!
– Можно? – протянула руку Искусница.
Сенька без сожаления отдал тяжёлую авоську, держать которую было неприятно, как змею. Чёрный сгусток внутри шара бесновался. Марья взяла и не поморщилась.
– Далеко от твердыни не уходи, – напомнила Искуснице Яга. – Рассчитывай, чтобы сил хватило забросить Кощеево бессмертие в человечий мир. Жди, когда дам знак.
Марья сосредоточенно кивнула, взвесила в руке клубящийся чёрный шар.
Защитники волшебного леса стояли плечом к плечу: Кикимора, Марья, Леший, Яга и мальчишка со свиным пятачком. Все напряжённо ждали. «Как на соревнованиях, – подумал Сеня. – Будто сейчас невидимый судья скажет: «На ста-арт! Внима-ание! Ма-арш!» – и выстрелит в воздух из стартового пистолета».
Леший со скрипом задрал голову:
– Закат близко!
– Ох, если не поспеем, беда-а буде-ет! – сокрушенно запричитала Кикимора. – А беда-а будет – всем ху-удо...
– Ну-ка цыц! – зыркнула на неё Яга.
Она достала кисет с дивноцветом и в него заглянула.
– Половина только пыльцы... Ну да ничего. Должно хватить.
Яга внимательно оглядела свою немногочисленную армию:
– Здесь будем с Кощеем биться.
Она повернулась к Кикиморе:
– Но не ты!
Яга протянула Кикиморе пустую ладонь. Вжииик! И в руке у неё уже были две половинки Кощеевой иглы.
– Держи крепко, – напутствовала Яга, вкладывая сломанную иглу в лапу Кикиморы. – Постарайся увести Кощея как можно дальше.
– А если не получи-ится у ме-еня-я? – заныла Кикимора.
