– Рим не сразу строился, – сказала Матильда.
– Почувствуй ритм природы, – сказала Айви. – Её секрет в терпении.
– Два самых сильных воина – терпение и время, – сказала Доркас.
Холли хмыкнула и взяла поднос под мышку. Спицы в её волосах затряслись, когда она потопала вниз по лестнице.
–
11
Следующие две недели погода стояла дождливая, Бен снова куда-то укатил, так что Уилл наведывался в Вязальную чуть ли не каждый день. За это время он связал плащ для своего Железного Человека, шарф к маминому дню рождения и мягкую зелёную шапку для себя (правда, на шапку она походила весьма отдалённо).
Уилл был так поглощён вязанием, что не замечал, какие странные вещи творятся в городе. Он совсем не обратил внимания на рассказ мамы о том, что только два человека пришли на занятия по колокольному звону, которые она посещала. Слова Софи о том, что мисс Виолетта уже три дня не насыпает корм в кормушки, пролетели у него мимо ушей. Даже когда они с папой увидели Боба-Велосипеда, выходящего из автобуса с двумя пластиковыми пакетами, это показалось им всего лишь забавным.
– Боб! Что ты забыл в автобусе? – рассмеялся папа. – По-моему, это первый раз, когда я вижу тебя в транспорте с двигателем внутреннего сгорания.
У Боба был растерянный вид. Он высоко поднял пакеты:
– Мой джемпер разваливается. – По лбу у него катился пот. – Мне пришлось искать новый. Я должен найти ещё один такой же,
– Тихо сегодня, – заметила мама, когда они с Уиллом пошли на участок собрать стручковой фасоли. – Все разъехались?
– Мистер Вуд остался здесь, – ответил Уилл, глядя на пустую скамейку на соседнем участке. – С тех пор как он вышел на пенсию, он каждый день возится в саду: у него теперь всё равно что круглогодичный отпуск.
Мама рассмеялась:
– Разве он так говорит?
– Да, но не так часто – всего лишь каждый раз, когда мы приходим к ним в гости, – хмыкнул Уилл.
Даже в папином музее дела шли плохо, потому что никто из волонтёров не появлялся, а до Дня открытых дверей нужно было сделать ещё уйму всего.
– Думаю, это единственный плюс того, что мы никуда не поехали на каникулы, – заключил папа. – Без меня нам было бы не успеть.
Но тревожные странности только начинались в тот день, когда Уилл остановился у дома Бена, чтобы поздравить его с возвращением.
– А торта не будет? – спросил Уилл. Приближался городской конкурс на лучшего пекаря, а отец Бена обожал стряпать. Обычно он с ума сходил по тортам и пирогам.
– Не-а, – ответил Бен. На кухонном столе лежала розовая пачка с вафлями. Бен взял одну и медленно повертел её в руках, как будто впервые видел такое лакомство.
– Помнишь, как было в прошлом году? – спросил Уилл.
Бен рассмеялся:
– Это было эпично!
В тот раз было три кондитерских конкурса подряд.
– Что он приготовит в этом году?
– Он не участвует, – сказал Бен, всё ещё не сводя глаз с розовой пачки. – Сказал, что его это не волнует.
– А, – отозвался Уилл. Он поймал себя на том, что тоже смотрит на пачку вафель. Он уже пожалел, что спросил.
Уилл пошёл домой не задворками, а по улице, и, открывая входную дверь, услышал шуршание бумаги. Кто-то запихнул в почтовую щель пачку флаеров. Уилл нагнулся и собрал с пола все бумажки. (Волшебный джемпер делал его очень аккуратным и внимательным.) Стоя здесь, он мог сразу же отправить все бумажки в соответствующий мусорный контейнер. Он уже поднял крышку бака, когда мельком взглянул на флаеры в руке.
«Фитчет и Хорьки, – значилось наверху. – Где 1 % шерсти решает всё. Приходите к нам на Грандиозное Открытие!»
Уилл снова опустил крышку бака. Посмотрел на второй флаер.
«Ищете особый джемпер? – значилось на нём. – Тот, в котором ощутите вкус жизни? Приходите на открытие “Фитчет и Хорьки”. Мы исполним все ваши мечты».
На третьем просто значилось «“Фитчет и Хорьки”. Вам всегда будет мало».
Внезапно, несмотря на волшебный джемпер, Уилла пробрала дрожь. 12
В тот вечер Холли пришла к ним в качестве няньки.
– Отлично! – сказала она, когда за папой и мамой захлопнулась входная дверь. Бухнув свой лиловый рюкзак на кухонный стол, Холли вытащила оттуда бинокль. – Мы можем подняться к вам на крышу? – спросила она.
Уилл моргнул.
– С этим будет трудно, – сказал он. – Но наши с Софи комнаты под самой крышей, оттуда далеко видно.
– Я хочу видеть фабрику.
Комната Софи выходила на крошечный садик перед домами, где стояли велосипеды, мусорные контейнеры и вился плющ, и все дома отсюда выглядели одинаково. Но комната Уилла выходила на двор, и отсюда были видны батуты, беседки и сараи, огород, улей и курятник, палатка, каноэ и яблочный пресс. Можно было разглядеть полосатые цветы на участке Артура и Рози, миниатюрную деревню мистера Уэйда, по окраинам которой бегал поезд, и больницу для ёжиков, построенную Оливией и Энни. В данный момент Пинглы стреляли из лука, Райдеры фотографировали свою коллекцию ископаемых, а дальше по улице репетировали танцоры.
