— Ты всегда был рядом со мной — в моем сердце, а остальное — мелочи.
— Я слишком опекаю тебя, забывая о том, что ты уже взрослая и самостоятельная девушка. — Сириус обнял ее в ответ и поцеловал в макушку. — Из-за того, сколько я упустил, не могу к этому привыкнуть и так боюсь тебя потерять.
— Не потеряешь. Я тебе обещаю.
— Ловлю на слове. — Он ухмыльнулся и щелкнул дочь по носу.
— Мы поговорим о Регулусе?
— Что тут говорить, — угрюмо ответил Сириус и отступил в сторону. — Если бы я только знал! Если бы он пришел ко мне… Мы бы придумали что-то вместе. Почему он не пришел?
В глазах отца Сиерра увидела растерянность и боль потери, будто все это время он не догадывался о смерти брата. Девушка коснулась его руки и сочувственно поджала губы.
— Он родился слизеринцем, а погиб как гриффиндорец. Ты должен им гордиться.
— Гордость за него не повернет время вспять. — Сириус перевел взгляд в окно. — Это не изменит прошлое.
Холодное ноябрьское солнце клонилось к закату, а вместе с сумерками — первыми предвестниками ночи из недр сердца поднималась и нарастала тревога, о которой при свете дня удавалось ненадолго позабыть. Ночами за окном гудел холодный ветер, принося с севера первые морозы и грубо срывая с обнаженных костлявых веток последние сухие листья.
Перси уже и забыл, когда в последний раз нормально видел свою семью. Когда он добровольно подписывался на рискованный шпионаж, то даже и представить не мог, что это окажется морально очень сложно. Скрытность, осмотрительность, осторожность, внимательность — и ни единой возможности расслабиться. Он был лишен даже общения в письменной форме, так как его сов могли перехватить. Все, чем оставалось довольствоваться — встречи раз в неделю с членами Ордена Феникса, у которых всегда были чужие лица. Скоро Рождество — очередное одинокое Рождество без возможности встретить его с родными, получить в подарок очередной вязанный свитер с буквой «П» и увидеть их всех живыми и невредимыми.
Перси шел вдоль широкой шумной улицы, осторожно ступая по скользкой брусчатке. Ветер неприятно дул за шиворот, а первые морозы щипали за щеки и нос. Зимний Лондон всегда вызывал тоску и уныние своей серостью тяжелых туч и обилия блеклых каменных домов. Перси подошел к уже знакомой продуктовой лавке, украшенной к Рождеству еловыми гирляндами с разноцветными огоньками, которые то и дело мигали, привлекая внимание. Дверной колокольчик услужливо оповестил о новом покупателе. Перси поежился, чувствуя облегчение оказавшись в тепле. Внутри магазин тоже был красочно украшен: на окне простиралась длинная гирлянда в виде звезд, находящихся на разном уровне, у входа всех приходящих приветствовал улыбающийся ненастоящий Санта-Клаус, а в центре между продуктовыми лотками высилась роскошная ель, своей верхушкой упиравшаяся в потолок. Отвлекшись от яркого убранства, Перси заметил за прилавком уже знакомую светловолосую девушку по имени Лиззи, которая была старшей дочерью Томаса Грея — хозяина лавки. Также Перси знал, что в это время перед ним точно была фальшивая Лиззи, за лицом которой скрывался кто-то из ордена. Обычно это была Флер, считая миловидную блондинку наиболее подходящим для себя образом.
— Привет, Лиззи, — сказал он и далее произнес кодовую фразу: — Мне как обычно.
Лже-Лиззи ему ухмыльнулась, что совсем не вязалось с нежным и эфемерным образом девушки, и стала медленно складывать продукты в бумажные пакеты.
— Как дела на работе? — буднично произнесла она не глядя на него.
— Без весомых изменений, но действия моего начальника меня беспокоят.
Девушка подняла на него заинтересованный взгляд. Невероятно сложно играть свои роли, когда хочется рассказать обо всем открыто и со всеми подробностями, но меры предосторожности требовали беспрекословного исполнения.
— Руководство всегда непредсказуемо, — усмехнулась девушка и подвинула к нему пакеты.
Перси потянулся за наличкой и положил ее на прилавок, скрывая за покупками. Между купюрами, как и всегда, было спрятано письмо с подробным отчетом и текущими новостями.
— Как дела в семье? Все в порядке? — спросил Перси. Лже-Лиззи кивнула.
— Никаких проблем. Ну, до следующей недели?
Ответить Перси не успел. Дверь в лавку распахнулась с такой силой, что ударилась о стоящий рядом стол, и стекла в ней задребезжали. Колокольчик яростно зазвенел, привлекая внимание к вошедшим людям. Их было трое: одного Перси видел в министерстве, но не мог понять под империусом тот или на самом деле принял сторону врага, лицо второго ему не было знакомо, а вот третьего знал каждый член Ордена. Антонин Долохов вышел вперед и сверкнул цепким взглядом, бросив его в сторону девушки. Перси занервничал, не ожидая, что за ним сюда придет целый конвой во главе с одним из наиболее приближенных к Волан-де-Морту пожирателей. Долохов отрывисто взмахнул волшебной палочкой, и Перси с ужасом перевел взгляд на Лиззи. С ней начали происходить изменения: кожа стала белеть, а волосы, наоборот, темнеть. В течение минуты от Лиззи Грей не осталось и следа, а на ее месте стояла Сиерра Блэк. Ну, нет, только не она, подумал Перси.
