– Но после защиты мне стало нехорошо и узнать об оценке я успела, – пристально смотрю в спокойные, серые глаза бабушки, перестав дышать. На самом деле твоей внучке нужно было уединиться, чтобы снять напряжения с помощью секса с брюнетом.
– Но учитывая, что я выдающаяся студентка и любимица профессора Стоуна, думаю проблем не возникнет.
– Кто ты и что ты сделала с моей внучкой? – Её испортил сидящий рядом безобразно привлекательный кареглазый обольститель. Томас в открытую ржет, одобряя весьма правдивую шутку моей бабушки.
– Просто в последнее время навалилось столько дел, – придаю своему голос оттенок плохо скрываемой грусти, показывая глубокую опечаленность тем фактом, что я больше не фанатичная зубрила.
– Полагаю, дела весьма, – пока бабушка подбирает более уместное слово, я успеваю покраснеть от стыда и неловкости, и побледнеть от страха, представляя, что она может ляпнуть, – интересные, раз требовали твоего внимания, – она многозначительным взглядом смотрит на Харда и подмигивает ему. Отлично! Они объединились и теперь на пару вгоняют меня в краску, заставляя чувствовать себя некомфортно. Меня прошибает на пот, щеки заливаются густым румянцем, и я залпом выпиваю уже остывший чай. Сидящий рядом Томас наслаждается ситуацией и своим выигрышным положением, а бабушка ему в этом помогает.
– А как ты отдохнула? – Перевожу разговор на другую тему, сгорая от стыда из-за бабушкиных слов и пристального взгляда британца.
– Просто замечательно. Как типичные старые развалины, мы с тетей Люси проводили всё свободное время на заднем дворике, покачиваясь в креслах-качалках, попивая чай и ностальгируя об ушедших временах. – Бабушка всегда любила посмеяться не только над своей жизнью, но и над собой. Она говорит, это продлевает ей жизнь и еще конечно же чай. Литры чая, подкрепленные смехом в хорошей компании, и ты почти нашел эликсир бессмертия. – Пойду-ка я заварю себе еще чая. – Что и требовалось доказать!
– Я впечатлён. Хорошо, что ты всё-таки уговорила меня, познакомиться с твоей бабушкой, – не реагирую на насмешливый тон Харда. – Даже она согласна с тем, что раньше ты была невыносимой занудной зубрилой, – Том склоняется к моей шее и теплое дыхание британца приятно ложится на кожу, пуская электрический ток по всему телу.
– И у тебя стоит на эту занудную зубрилу! – в порыве злости и досады вскакиваю с дивана и смотрю на Харда сверху-вниз, подмечая всю правдивость своих слов, отражение которых проявляется на теле самого британца. Он напряжен. Рядом со мной он всегда напряжен, но у этого напряжения есть свои уровни. От мимолетного и быстро проходящего до выжигающего и требующего немедленного утоления одним единственно известным Харду путем. Сейчас как раз такой случай! Но как жаль, моему дорогому Тому уже пора уходить.
– Тебе пора! – Хард подрывается с места, словно леденящий тон моего голоса насильно поднимает его с дивана. Кареглазый черт рыскает по моему лицу диким взглядом, испытывая острое желание наорать или трахнуть. В его случае лучше всё и сразу!
– Ба, Том уже уходит, – открываю входную дверь, взглядом приглашая британца немедленно покинуть мой дом. Бабушка выглядывает с кухни, тепло улыбается и просит его приходить по чаще. Несмотря на все ее слова о том, что она любит проверять незнакомцев своим испытывающим взглядом, Том обаял её раньше, чем она успела это осознать. Я остаюсь невозмутима даже тогда, когда Хард вплотную прижимается к моему телу и дышит мне прямо в губы, выжидая моих дальнейших действий. Как непоколебимая ледяная глыба уверенно смотрю в глаза Томаса, низом живота чувствуя его возбуждение, но и виду не показываю, что меня это волнует. Задетая мужская гордость Тома дает о себе знать, приказывая немедленно покинуть дом девушки, которую не впечатляет и не трогает тот факт, что у такого парня как он, стоит только на неё. Хард разворачивается и выходит на улицу, но мне так хочется, чтобы последнее слова осталось за мной.
– Том… – он замирает на ходу и медленно оборачивается, а я хватаю его за шиворот футболки, притягиваю к себе и впиваюсь в его губы со сладостным стоном, кончиком языка проникая в рот. Но прежде чем Хард успевает насладиться моей минутной слабостью, прерываю поцелуй и захлопываю дверь прямо у него перед носом, оставив взвинченного и возбужденного британца на пороге своего дома. Довольная своей выходкой, улыбаюсь, глядя на дверь, абсолютно уверенная в том, что британец не оставит это просто так.
Подобрав свою сумку с вещами, поднимаюсь на второй этаж и захожу в спальню, где меня уже ожидает его величество Гордая Задница. Как предсказуемо, Хард! Захлопываю дверь, оповещая о своем присутствии и лыблюсь как самая настоящая влюбленная дурочка, хорошо изучившая своего парня.
– Еще раз так сделаешь… – Томас кипит от злости, и его тихий низкий шепот пробирает меня до костей.
– Я поставлю на окна и балконную дверь решётки. – Он не может врываться ко мне в комнату, когда ему вздумается, даже тогда, когда я этого хочу!
