– Напомни мне… – слова застревают в горле и не идут с языка. Обрывистые стоны Майи смыкаются вокруг меня непроницаемым куполом и давят сверху, желая уничтожить и одновременно вознести до блаженства. Льюис выгибается в пояснице и привстает на носочки, шире раздвигая бедра и все быстрее двигая моей рукой. Я превратился в секс-игрушку для удовлетворения её желаний. Самое дикое, что мне плевать! Что угодно, лишь бы ей было хорошо.
– Том… – безошибочный способ определить, что Майя близка: напрягается каждой клеточкой тела и повторяет моё имя снова и снова, и снова пока не кончит.
Обхватываю её дрожащее тело, обвиваясь вокруг талии как плющ и не позволяю упасть. Льюис поцарапывает мои руки и непроизвольно подергивается в моих объятьях – остаточное явление после оргазма.
Для меня это самое любимое: быть рядом после ярчайшего фейерверка своей девочки и успокаивать её.
Теперь, когда первая волна напряжения снята, я могу сделать с ней всё, что захочу. Подхватываю Майю на руки и в один шаг швыряю на постель. Она подпрыгивает на пружинистом матрасе, а ее волосы разлетаются по подушке. Застываю у неё в ногах как истукан предаваясь очередному дежавю, когда впервые после исполнения спора проник в её спальню, потому что сходил с ума, не зная где она или, когда Майя томная и мягкая лежала на постели, и нас захлестнула дикая страсть после ссоры в уютном загородном домишке.
– Я тоже думаю об этом… – Льюис привстает на локтях и ловит мой взгляд. Я рассеянно киваю и улыбаюсь. Мы даже думаем об одних и тех же вещах. Что это если не родственность наших покореженных душ?
Обреченно падаю на колени перед кроватью. Перед ней. Перехватываю её лодыжки и резко дергаю на себя к самому краю постели. Задорно хихикая Майя валится на постель и как набожная монашка сцепляет пальцы в замок, словно готовится молиться, а не стонать от удовольствия.
Сгибаю её ноги в колени и широко развожу в сторону, открывая для себя малышку во всем её вульгарном откровении. Замечаю, что она морщится, возможно от неприятной боли в мышцах в паху и сбавляю натиск. Аромат чистой кожи перемешивается с потом и в чистенькой, благоухающей спаленке витает спертый запах грязного секса.
Хватаю Майю за бедра и вплотную придвигаю к своим губам так, что очаровательная задница не касается постели. Склоняюсь к ее влажному лону и провожу языком, скользя по мокрой тропинке. Льюис взвизгивает и сжимает простыни в кулаках. Забираюсь под футболку и накрываю ладонями грудь, покручивая соски, а языком плотно прижимаюсь к пульсирующей дырочки. Слушаю как она стучит о стенку моего языка и чувствую, как липкое, обильное возбуждение стекает по моему подбородку. Пощипываю соски, заставляя Майю вертеться на сбитых простынях и не намеренно тереться самым чувственным местечком о мой язык. Нежно, едва касаясь, словно котенок лакает молоко, полизываю пульсирующую точку, ощущая вибрации. Мои ладони живут своей жизнью под единственным одеянием Льюис – оглаживают упругую грудь, жестко сминают, оттягивая соски и теребя их подушечками пальцев, и ласково щекочут. На коже Майи выступают капельки пота. Паховые мышцы сокращаются и подергиваются, реагируя на каждое движение моего языка. Боже, она такая вкусная, что даже меня, самого главного извращенца, пугает эта мысль. От желания и любви к своей голубоглазой нимфе я буквально готов поглотить её. И я засасываю клитор губами. Тереблю и бешено ласкаю самым кончиком языка. Прикладываю больше усилий, чтобы удержать Майю на месте, не позволяя соединить бедра. Она мечется по постели и болезненно тянет меня за волосы. Хочет оттолкнуть или заставить ласкать её быстрее?
– Том… – на выдохе выкрикивать моё имя – любимый сигнал, означающий только одно. Мой язык дрожит от соприкосновения с пульсирующим и сокращающимся лоном, и я отстраняюсь. Майе нужно пережить оргазм. Насладиться им и уйти в забытье на несколько секунд.
Она накрывает ладошкой промежность и проводит пальцами, притупляя чувствительность. Улыбаюсь как идиот. Моя девочка потеряла остатки стыда и не стесняется показать себя в самом уязвимом состоянии. Отнимаю её ладошку и обдуваю влажный бутончик розы, орошенный естественной природной смазкой. Майя вздрагивает. Целую раскрывшиеся, блестящие от влаги, лепестки под протяжный выдох чертовки.
– Пожалуйста, иди ко мне, Том… – умоляет. Нуждается во мне.
Вот и всё, что мне нужно.
Снимаю футболку и забираюсь на постель. Прокрадываюсь под одежду Майи и держась за ее талию, осыпаю поцелуями впалый животик. Задираю футболку, поднимаясь к груди и обхватываю поочередно ртом набухшие соски, вспоминая что они как жевательные конфетки со вкусом малины. И окончательно избавляю Льюис от ненужной ткани. Наконец-то тело к телу. Майя обхватывает меня за шею и жадно целует. Боже, как я хочу её губы на своем члене! Позже, вернусь к этой идеи позже…
