“Значит, Мистра и его бойцы все ещё могут колдовать… И Арти может”, — маг внезапно вспомнил о своём ученике. Далекое светлое предчувствие вспыхнуло где-то глубоко внутри. Мрак безнадежно проигранного боя вдруг озарил слабый луч зарождающейся надежды.
“Арти сможет!” — думал чародей, карабкаясь на крутой склон и лихорадочно хватаясь за скользкие, сырые ветви: “он завершит то, чего не успел я. Он сумеет. Надо лишь помочь ему.”
Из заросшего осинником оврага маг выбрался на перерытую огненным смерчем поляну. Среди опаленных, тлеющих кустов и поваленных деревьев кипел яростный бой: несколько магов из отряда Вельдиса объединились, выставив над поляной искрящуюся водную завесу. Влетающие в неё огненные шары бессильно гасли, обращаясь в клубы густого голубоватого пара.
— Вельбер! Родной! — Вельдис, взмокший, пропахший дымом и пламенем, радостно бросился к нему через всю поляну, — живой! Думал, тебя уж нет…
— Они убили Тана, — Вельбер хмуро взглянул на старика, и тут же отвел взгляд, стараясь не встречаться с ним глазами.
Вельдис сжал губы, но ничего не сказал.
— Вижу, держитесь ещё…
— Да, родной… — старик поспешно закивал, — они меня просто так не возьмут. Мы закрыли все фланги. Даже там, в чаще, — он неопределенно показал рукой в сторону леса, — пока можем стоять, но устоим ли — кто знает, родной...
— Где Мистра?
— Там, ближе к северу. Барвиса прикрывает, да остальных… Стой, куда же ты? Эй!
Вельбер, не оглядываясь, бежал через мрачную, озаряемую красными вспышками чащу. Ковер из опавших ветвей и листьев сдавленно хрустел у него под ногами. Запинаясь, падая и вновь поднимаясь, маг, как одержимый, прорывался сквозь сгущающийся лес и колышущийся в нем синеватый сумрак. В голове, заглушая поток мыслей, все громче и громче билась, пульсировала кровь, и грохотом барабанов отдавались удары сердца.
Не видя ничего перед собой, он тяжело скатился в какой-то овраг, попытался встать, запнулся и рухнул на живот рядом с жидкими, топкими берегами маленького лесного ручья.
Недалеко от него, высовываясь из под кучи мокрых листьев, белела чья-то бледная, окровавленная рука с судорожно сжатыми пальцами. Прижимая её к земле, над ней вился ещё живой тёмно-серый корень.
По всему оврагу, чуть присыпанные листвой, лежали тела.
— Мис-стра-а-а-а! — заорал Вельбер, чувствуя, что вот-вот захлебнется собственным хриплым криком, — где ты, Мистра?!
***
На краю оврага, всколыхнув покров почерневшей листвы, приподнялись несколько грязных, похожих на призраков, фигур. Невысокий, бородатый маг свесился со склона, и, схватив Вельбера за ворот грубыми мускулистыми руками, втащил его наверх.
— Лежи тихо, — бородатый приложил палец к губам, — Калеб приказал вести себя осторожно…
— Он мне нужен… — Вельбер старался унять нарастающую в голосе дрожь, но ему это не удавалось — где тёмные?
— Мы их пока отогнали, — маг озабоченно кивнул в овраг, где, зарывшись в бесцветные листья и жидкую грязь, лежали распростертые трупы в чёрных одеждах — но клянусь, у них там силы несметные… Я сам видел.
— Провидение нас не оставит… — шепнул худой длинноволосый волшебник с глубоко посаженными тёмными глазами, — мы выберемся. Я надеюсь на это…
— А ты не надейся. Лучше сопли утри, и дерись, как мужик, — оборвал его бородач. Повернувшись к Вельберу, он спросил, — Мистра тебе зачем?
Чародей не успел ответить. Его собеседник словно прочел его взгляд и опустил глаза. Пожевав губами, он чуть запрокинул голову и кивнул назад.
— Туда иди. Он вместе с ранеными.
В широком и глубоком овраге, больше похожем на яму, лежало десятка два обожженных и покалеченных магов, наспех перебинтованных грязными тряпками. Мистра сидел чуть поодаль, привалившись к склону оврага. Левое плечо у него было располосовано двумя мощными, размашистыми ударами, и из алых, влажно блестящих ран, потоками лилась кровь. В правой руке Калеб держал заскорузлую, мокрую тряпку, и изредка прикладывал её к разорванному плечу.
— … Вельбер… — маг взглянул на него стеклянными глазами и улыбнулся уголками помертвевших губ. От него сильно пахло настойкой. Он был пьян. Проследив за взглядом Вельбера, он усмехнулся и виновато пожал плечами.
— Они, кажется, ждали нас… Чуть глотки нам не перегрызли, сукины дети… — он тяжело и прерывисто втянул воздух, — рукопашная была, мы их одолели. Гляди… — Мистра кивнул в сторону: среди спутанной, пожухлой травы, лежал гриф лютни, сломанный у основания, — Разбил об голову одному из этих засранцев.
Вельбер взглянул на осколки инструмента. Маг живой земли скользнул тусклым взглядом по верхушкам нависших над оврагом деревьев.
— Не важно… — он кивнул на останки лютни.
Осторожно, стараясь не задеть раненой руки, Вельбер сел рядом с ним.
— Тан погиб.
Калеб закрыл глаза и резко сжал зубы, как от сильной боли. Черты его лица на мгновение как будто заострились, потемнели, стали хищными и злыми. Появившись лишь на миг, гримаса тут же изгладилась, и лицо Мистры стало прежним. Лишь на щеке, скатившись по глубокой морщине, блеснула одинокая слеза.
— Ты за этим пришел? — глухим голосом спросил он.
Маг лишь покачал головой.
