Парень плюхнулся на стул, от души зевая и силясь разлепить глаза. Джинни чмокнула мужа в лохматую макушку и устроилась рядом, а миссис Уизли тут же опустила перед ним тарелку с завтраком, дразнящим ароматами.
- Спасибо, - улыбнулся спаситель магической Британии, а женщина в ответ погладила зятя по спине и опять заспешила к печке.
Гермиона улыбнулась. Жизнь иногда так походила на нормальную…
- Молли, Артур, прошу прощения! - вдруг раздался из камина в гостиной голос Минервы Макгонагалл.
Глава семьи от неожиданности закашлялся, поспешно силясь проглотить громадный и видимо горячий кусок завтрака, и заторопился встретить гостью. Все на секунду затихли, удивленно переглядываясь. С нынешней директрисой Хогвартса у семейства Уизли всегда были хорошие отношения, однако в гости Минерва не захаживала ни разу. Спустя пару минут пожилая волшебница в сопровождении мистера Уизли вошла в кухню, где была тут же усажена за стол радушной хозяйкой, получив свою порцию ароматного чая и полную тарелку угощений.
- Молли, не стоит, право слово! - Гермиона подавила смешок, глядя, как сконфузило безапелляционное гостеприимство этой семьи, обычно сдержанную женщину.
- Да брось, Минерва! - лишь махнула в ответ хозяйка дома.
Некоторое время беседа шла вполне обычно, директриса Хогвартса вкратце рассказала о делах в школе, ответила на вопросы, сама поинтересовалась успехами своих бывших учеников. Но Гермиона то и дело ловила на себе странный взгляд бывшей преподавательницы.
- Мисс Грейнджер, могу я поговорить с вами наедине? - наконец услышала девушка обращение к себе и от выражения лица и интонации пожилой волшебницы всё внутри неприятно похолодело. Отчего-то вдруг стало неописуемо страшно, будто война вновь на пороге или сам Темный лорд. Вся гриффиндорская смелость сейчас улетучилась в неизвестном направлении, такая хрупкая нормальная жизнь снова покачнулась.
“Наедине…”
Сердце сжалось.
“Я не хочу оставаться одна “наедине” … со страхом!”
- Вы можете говорить при всех. Они моя семья, и я ничего от них не скрываю, - ответила бывшая гриффиндорка, отчаянно надеясь, что декан ее факультета не станет настаивать на тет-а-тете.
Минерва поджала губы и задумалась. Было видно, что женщина сильно встревожена и сомневается.
- Вы же понимаете, профессор, что мы всё равно из неё потом вытянем правду? - нарушил повисшую тишину Гарри. - Зачем сотрясать воздух дважды? Мы готовы помочь ей, что бы ни случилось.
Увидев утвердительные кивки всех присутствующих, Минерва устало вздохнула, сдаваясь.
- Хорошо. Может статься, так даже лучше. Дело очень деликатное и… - Женщина замолчала, стараясь придать лицу более привычное, решительное выражение. - Слышали ли вы когда-нибудь, мисс Грейнджер, о таком понятии, как “Багровые узы”?
Молли громко закашлялась, и в ужасе уставилась на пожилую волшебницу. У Гермионы от поганого предчувствия по коже пробежал холодок, на секунду приподнявший даже самые мелкие волоски. Настороженно зыркнув на несостоявшуюся свекровь, девушка внимательно посмотрела на бывшую преподавательницу.
- Нет, профессор. А что это?
Все рыжее семейство и победитель Воландеморта в придачу в напряженном молчании воззрились на директрису Хогвартса. Сейчас женщина казалась еще более старой, чем на самом деле: поникшие плечи, морщины, скорбное выражение лица и глаза, полные сожаления.
- Последнее упоминание об этом обряде зафиксировано во времена Мерлина, - удрученно вздохнула женщина, и отхлебнула холодного чаю, будто желая оттянуть неизбежное еще хоть на пару мгновений.
- О чем вообще вы говорите? - воскликнула Гермиона, в конце концов не выдержав.
- Минерва, не томите! - не сдержался мистер Уизли.
Вскользь глянув на мужчину, директриса Хогвартса вновь устремила свои проницательные глаза на свою любимую ученицу и заговорила:
- Волшебный мир с незапамятных времен был довольно жесток и несправедлив к некоторым своим представителям - полукровки, магглорожденные, маги из бедных или обедневших семей… Чистокровные и богатые всегда стремились к власти и главенству. Однако же, как мы знаем, личные силы волшебника отнюдь не зависят от количества денег или положения в обществе. В человеке, рожденном в самой нищей семье маглов, вполне может проявиться магическое наследие предков волшебников, о которых он даже не подозревает. И порой эта сила бывает столь мощной, что власть имущие чистокровные маги, - женщина брезгливо поджала свои тонкие морщинистые губы, - сильно “нервничают” по этому поводу. И любыми способами стремятся решить это “досадное недоразумение”.
- Очень смахивает на политику Воландеморта, - насупившись, пробормотал Рон.
- Люди во все времена одинаковые, - чуть слышно ответила Минерва, рассеянно вглядываясь в хоровод чаинок в собственной чашке. - Одним из вариантов контроля и порабощения магически одаренных людей из низших сословий и были “Багровые узы”. Это магический брак, в котором один из супругов - абсолютный доминант, а второй обречен ему во всем покориться.
Поморщившись, Гермиона на мгновение представила, что родилась на несколько веков раньше.
- Варварство!