Стульев в огромном зале не оказалось: все посетители несли в руках маленькие плетёные коврики, на которых и устраивались прямо на полу. В центре зала возвышалась ступенчатая платформа наподобие сцены. На ней стояла, сложив руки на груди, молодая беловолосая женщина. Она с непроницаемым выражением лица наблюдала за тем, как зал наполняется гостями, изредка отмечая кого-то из входящих лёгким кивком.
Я, даром что усаженный в самый тёмный и неприметный угол, всё же привлекал слишком много внимания — единственное рыже-коричневое пятно в этом лиловом цветнике. И единственный мужчина. Но Цитрина устроилась рядом, ловко пресекая все расспросы любопытных соплеменниц.
— Сёстры, требую отбросить лишние эмоции хотя бы на сегодняшнюю ночь! — провозгласила женщина со сцены. — Слишком важные вопросы предстоит решить.
По взглядам, жестам, едва уловимо скривлённым ртам было ясно, что требование невыполнимое. Женщины кучковались группами, мрачно перешёптывались, враждебно косились друг на друга.
— Вы сами-то на чьей стороне, госпожа Листина? — выкрикнул кто-то из толпы.
— Я… не считаю себя вправе принимать чью-либо сторону, — мне показалось, будто женщина на сцене побледнела. — Раз мои мать и тётя не способны сами уладить вопрос о наследовании и тем самым подвергают Лиловые Болота опасности, я обращаюсь к старейшинам и рядовым горожанам с просьбой определиться с выбором и проголосовать за наиболее достойного правителя. Это нужно сделать сейчас, поскольку… — она бросила многозначительный взгляд на меня. — Поскольку уже завтра Болотам понадобится лидер для решительных действий.
Все головы лица тут же повернулись ко мне. Зал наполнился тревожным бормотанием. На женщину в центре посыпались вопросы; она, однако, не стала больше отвечать, лишь качала головой.
От излишнего внимания нас с ней спасло появление в зале новой фигуры.
— Листина! — сердито вскричала беловолосая низкорослая женщина среднего возраста, уверенной походкой приближаясь к сцене. Следом за ней трусил мальчишка лет двенадцати. Народ расступался: кто-то почтительно, кто-то враждебно, почти брезгливо. — Что вы, демоны вас замани, здесь устроили? — тут её взгляд упал на меня. — Это он?
От вытянутого в мою сторону пальца и внимательного взгляда холодных фиолетовых глаз мне стало не по себе.
— Он, матушка, — невозмутимо подтвердила женщина на сцене.
— Почему одет, как медный? Неужели не нашлось каких-нибудь красных тряпок? Ну-ка, — она развернулась к мальчишке за своей спиной, — сбегай, раздобудь.
Мальчишка стрелой метнулся прочь и растворился в темноте за стенами башни.
— Что происходит? — осведомился я, наклоняясь к Цитрине.
— Увидишь.
У входа тем временем снова началось шевеление. Несколько голосов выкрикнули приветствия «законной главе».
Новоприбывшая оказалась крупной, затянутой в кожаные доспехи женщиной. За ней следовали полдюжины стражниц, тоже в доспехах и с копьями. Остановившись чуть поодаль, она обвела собравшихся сонным взглядом, проигнорировав при этом сестру, которая, напротив, смотрела на неё в упор с обжигающей яростью.
— Здравствуй, тётушка, — с облегчением произнесла женщина на возвышении. — Боялась, что ты не придёшь… Можем начинать?
— Что начинать? — низковатым голосом поинтересовалась тётушка.
— Голосование…
— Голосования не будет.
— Но…
Однако старшая наследница уже развернулась к толпе — ей не пришлось даже подниматься на платформу, чтобы возвышаться над всеми — и трубным голосом принялась вещать:
— Ещё раз напоминаю, что любые попытки привести к власти мою сестру — это попытки узурпировать власть над Болотами; ибо законная наследница покойной главы лишь одна, и это я. Данный факт не подлежит сомнению или обсуждению. Следовательно, и голосование незаконно, поскольку спорных моментов здесь нет.
— Покойная матушка сама назначила меня преемницей! — скрипнула зубами её младшая сестра. — Вот что не подлежит сомнению!
— Как мы видим, спорный момент всё же есть, — вздохнула молодая женщина на возвышении. — Поэтому давайте всё-таки проголосуем и примем тот исход, который…
— Бесполезно, госпожа! — закричали из толпы.
— Они не примут результаты!
— Голосование — не решение! Решение только одно…
— Поединок!..
— ПОЕДИНОК!
Я с открытым ртом смотрел, как толпа женщин, старух и совсем юных девушек с упоением скандирует это слово. Вот уж не ожидал такой кровожадности от обитающих в эльфийских домиках на деревьях утончённых созданий в летящих розовых и фиолетовых платьицах.
Листина, казалось, побледнела ещё сильнее, но беспрекословно спустилась с платформы, освобождая пространство для схватки. Женщины вокруг, занявшие места в переднем ряду, воздели руки, разворачивая защитные экраны, отделяя соперниц от взволнованной толпы.
