— Что же стряслось, Руто? Чего тебе далась моя голова?
— Бросить под ноги, — сплюнул я, — твоей бабке.
— А-а-а, — протянула она, снова уворачиваясь. — Бедный малыш. Зря ты сдружился с огнём. Заметь: твои родные у бабули в плену, твои друзья в смертельной опасности, а ты рискуешь жизнью ради бессмысленной мести.
— Замолчи!..
Не так неприятны были её слова, как вторящий им голос в моей собственной голове.
Какого чёрта я делаю? Пора заканчивать…
— Что происходит? — раздался незнакомый строгий голос.
Я, не сводя глаз с противницы, покосился на высокую немолодую женщину в бирюзовом платье. За её спиной ощетинились копьями сразу с десяток стражниц.
— Вторженец, госпожа смотрящая, — отрапортовал Гохард. — Багровый мальчишка.
— Вижу. Курвинда, дорогая?..
— Я справляюсь, тётушка.
— Сынок, ты в порядке?
— В порядке, — смущённо пробормотал Ржак.
Вот как. Место Фельтиры занял никто иной, как сама младшая дочь императрицы. Но это же великолепно, чёрт побери! Вместо двух голов я преподнесу лазурной стерве три!
— Курвинда, назад. Девочки, взять живым.
Косоглазая недовольно фыркнула, но ослушаться на этот раз не осмелилась — неохотно отступила назад, пропуская вперёд стражниц. Затянутые в мягкие доспехи женщины тут же взяли меня в полукольцо, прижав к стене. Лазурные остались за их спинами. Отлично, самый момент, чтобы…
Шикшни тремя чёрными росчерками метнулись к своим жертвам. Я уже видел, как они кружатся в стремительном смертельном танце, разбрызгивая на каменные плиты кровь моих врагов…
— Сейчас, Гохард! — выкрикнула Курвинда.
Почему? Она уже не должна быть в состоянии кричать…
Тяжёлая металлическая сеть взялась не пойми откуда и накрыла меня с головой. Грузики по её периметру словно прикипели к полу, не давая её сдвинуться, сколько бы я ни вырывался. Я в отчаянии глянул в сторону лазурных: Курвинда, грустно улыбаясь, сжимала в руках объёмистую клетку с мелкой решёткой; за прутьями бились так и не отведавшие крови из нежных лазурных шей шикшни.
— Живым, девочки! — напомнила Ржакова мамаша.
Сразу несколько стражниц протянули ко мне ладони. Я узнал золотистое сияние медовых пут. Чёрт, а я ведь совсем не для этого сюда прилетел. Я прилетел жечь…
Но какие у меня были варианты? Выбраться из-под тяжёлой и к тому же не поддающейся магии сетки я не мог… Или мог?..
Безумным и бездумным рывком сознания я дернул собственное тело, вытащил его из безнадёжного плена и протащил ещё несколько метров.
С колотящимся, словно шикшень в клетке, сердцем остановился за спиной Курвинды, слушая первые растерянные вопли стражниц. Будто в замедленной съёмке, лица присутствующих начинали разворачиваться ко мне.
Я сделал первое, что пришло в голову — схватил косоглазую локтем за шею и снова дёрнул себя, только теперь уже вниз — ниже, ниже, под самую землю. Остановился, упал на пол, не выпуская свою добычу. Закашлялся от поднявшейся пыли.
Повезло, что именно здесь проходил туннель.
При тусклом свете какого-то флуоресцентного корешка, торчащего из потолка, удалось разглядеть лицо Курвинды. Здоровый глаз ошарашенно таращился.
— Что за магию ты сейчас использовал? — полузадушенным голосом поинтересовалась она.
— Тебя это волнует сильнее, чем то, что с тобой будет?
Я уже методично покрывал её тело обездвиживающим полем.
— Эй, Руто, — тихо сказала она после паузы. — Не убивай. Не хочу умирать.
— Раньше думать надо было, — огрызнулся я, пытаясь хотя бы примерно прикинуть, где мы находимся и как отсюда выбраться.
Желания плутать по подземным кишкам не было. Оставалось лишь одно.
Изо всех сил надеясь, что меня хватит на третий раз подряд, я сконцентрировался и сделал очередной рывок.
Что-то больно стукнуло по макушке, чуть не выбив искры из глаз.
— Быть не может, — ахнул стариковский голос. — Юный господин, если вы хотели что-то спросить, достаточно было использовать сферу полусвета… Не было никакой надобности утруждать себя визитом. И скажите на милость, зачем вы так грубо с госпожой?
— Волх, — прохрипел я, злобно покосившись на металлическую полку, о которую приложился при появлении. — Нужна помощь…
Я не знал, можно ли доверять старику. Сдаст или нет? Вдруг испугается свидетельницы? Вдруг он всё же больше на стороне лазурных, чем на моей?
— Накуролесили, господин, — скорбно покачал головой алхимик. — Не ожидал от вас такого неблагоразумия.
Он дождался, пока с пленницы спадут наложенные мной медовые путы, и застегнул на обоих её запястьях по изящному медному браслету.
— Извините, госпожа, потерпите пока… до выяснения обстоятельств.
Курвинда великодушно кивнула, будто старик ей ручку поцеловал, а не лишил магии.
— Как вы сюда попали, господин? — поинтересовался он.
— Дёрнул… Переместился, — я пожал плечами и плюхнулся на одну из деревянных табуреток. — Не знаю, как это называется. Только что научился.
— Ага, — глубокомысленно вымолвил алхимик.
— Мне нужно… — я умолк, не договорив, и зажмурился.
Вот чёрт, так сильно башкой приложился, что ли? Мне нужно — что?..
— Что вам нужно, господин? — мягко подбодрил меня Волх.
