Раз в десять лет, ко дню рождения королевы Изабеллы Кастильской, которая отправила Колумба в экспедицию, в Испании открывают бочку старого, выдержанного коньяка, разливают в бутылки и отправляют во все испаноязычные страны, которые были когда-то испанскими колониями. В этом году Фидель получил 10 бутылок. Две он отдал тебе.
Однажды в воскресенье мы с мамой ходили по магазинам. Мне было лет 14. На улице Карла Маркса к маме подошел маленький худенькой старичок и спросил у мамы по-еврейски: "Вы не из Острошицкого городка?". Они разговорились. Оказывается, он узнал маму, потому что она была очень похожа на свою мать.
Мама пригласила его в гости, мы сидели, пили чай, и он рассказывал. В 20-е годы его занесло в Баку, а оттуда в Иран. Там он долго прожил. Он хорошо освоил персидский язык, женился, у него выросло четверо детей. Потом жена умерла. После войны некоторые его знакомые, тоже попавшие в Иран из СССР, рассказали ему, что есть возможность вернуться на Родину. Он пошел в посольство СССР в Тегеране, ему оформили документы, и в 1946 году он приехал в СССР. Его сразу же на всякий случай посадили как шпиона. Причем, турецкого. Через два года выпустили. Он вернулся в Минск, никого из родных не нашел, но встретил нескольких земляков.
Я не знаю, как его звали раньше. По документам он был Алиев Аббас Мирзаевич. Я написал о нем потому, что проснувшись однажды утром, я четко вспомнил это имя.
Его всю жизнь кормила полезная, всем нужная профессия. Аббас Мирзаевич был хорошим сапожником. Он был сапожником в Острошицком, потом в Баку, потом в Персии, потом в лагере, где он сидел, и, наконец в Минске, в мастерской возле Суражского рынка.
У меня был знакомый из Сьерра-Леоне. Его звали Дэвид Гинда. Дело было в конце 60-х годов. Я работал научным сотрудником при кафедре "Автомобили" БПИ и еще консультировал студентов. У Дэвидя Гинды я руководил курсовым проектом.
Ко мне пришел высокий симпатичный улыбающийся парень, совершенно черный. Мы познакомились, я дал ему необходимые материалы, книги. Через некоторое время он принес чертеж, сделанный абсолютно безобразно. Я предложил внести кучу исправлений и изменений. Дэвид внимательно слушал. Потом сказал: "Я ничего не понял. Я плохо понимаю по-русски". Было видно, что парень лукавит. Я знал, что многие преподаватели не предъявляют высоких требований к работе иностранных студентов: нарисовал что-то, ну и слава Богу. Они тоже это знали, и пользовались, чтобы посачковать.
Тогда я у него спросил:
— А какой язык ты хорошо понимаешь?
— Английский, - ответил он, улыбаясь.
— Ладно, объясню тебе по-английски, что надо исправить.
И объяснил. Когда он принес чертеж в следующий раз, все было сделано, как надо. Я снова по-английски начал говорить, какую пару шестерен он должен рассчитать. Он засмеялся и сказал:
— Мы можем говорить и по-русски.
Он защитил проект на отлично, и после этого стал заходить ко мне в лабораторию просто поговорить. По-русски, кстати, он говорил и понимал прекрасно. Немного рассказал о себе. Его отец владел небольшим магазином. Семья христианская. Говорил, что Сьерра-Леоне по африканским меркам вполне процветающая страна, там много туристов из Европы и Америки. Сожалел, что я не смогу туда съездить и посмотреть эту страну. Кстати, он очень неплохо разбирался в советской жизни, в наших реалиях, но о политике мы разговоров не вели. Дэвид оказался умным и интеллигентным человеком. Он любил читать.
К слову, после того, как я познакомился с Дэвидом, со мною стали подчеркнуто вежливо здороваться другие африканские студенты, в том числе знаменитая на весь институт Каролина из Нигерии (о ней ниже).
У него было немало книг на английском языке. Он приносил их мне почитать. Все книги — карманного формата. На каникулы он ездил не в Африку, а в Англию, и привозил оттуда новые книги. Большинство из этих книг советскому читателю были тогда недоступны.
Благодаря ему я прочел сборник рассказов Айзека Азимова. Среди них был замечательный рассказ "Profession" ("День образования"), тогда еще на русский язык не переведенный. Была книга Агаты Кристи "Cat Among the Pigeons". И великолепный детектив Алистера Маклина "When Eight Bells Toll". А еще несколько книг Яна Флеминга про Джеймса Бонда. Запомнилась также в общем слабенькая детективная повесть, но со своеобразным сюжетом. Не помню ни автора, ни названия, но помню, что автор - женщина. Главный герой — красивая женщина-суперагент. В книге 14 глав. В конце каждой главы она кому-то отдавалась. Она отдавалась друзьям и врагам. Чувствовалось, что автор абсолютно не в курсе политических событий, о которых пишет, но зато секс был описан с многочисленными подробностями и со знанием дела. В самой последней главе она отдалась своему шефу, которого давно и безуспешно домогалась. Это был анальный секс прямо в его служебном кабинете…
Дэвид успешно защитил диплом и уехал. С тех пор я о нем ничего не слыхал.
В 90-е годы в Сьерра-Леоне полыхнула нешуточная война.
