— Какой беспредел, товарищ полковник? — удивился начальник отдела собственной безопасности. — Не знаю, как там у вас, но у нас все по уставу! Факт хищения установлен? Установлен. Свидетельские показания имеются? Имеются. Постановление военной прокуратуры имеется? Да оно не только имеется, но и вами подписано! Так что делов, товарищ полковник, не знаем, и беспределом с пятьдесят третьего не занимались.
Надо полагать, самым весомым доводом для прокурора стала его самого, прокурора, подпись. И после обеда уже он объяснял хозяину приемки, что времена беспредела спецслужб закончились вместе с холодной войной. А то как же! Бумажка с подписью — лучшее противозачаточное средство, и не только в армии!
Делец как-то сразу понял, что деваться ему некуда, и выплатил зятю прапорщика не только задолженность по зарплате, но и премий на пару лет вперед. По счастливому стечению обстоятельств обыск закончился на следующий же день, но, как это ни печально, безрезультатно.
Что же касается самих листов… одни утверждают, что видели их в секретных лабораториях НАСА, другие говорят, что нечто очень похожее грузили в летающую тарелку зеленые человечки. Лишь в одном все рассказчики сходятся — ребра на листах были уже сточены…
Сахалин — удивительный край. В этом сходятся все. Бесконечно добрые, отзывчивые люди, природа, богатая своими дарами… и, что удивительно — за последние полвека практически ничего и не изменилось!
Кстати говоря, уже в советские времена японские автомобили на Сахалине не были в диковинку! Хоть убей, не помню, что наши соотечественники поставляли японцам, какую-то фигню, которой у нас навалом, и продается, обычно, в нагрузку к снегу, когда его впаривают чукчам. Но для японцев эта фигня представляла особенную ценность, и платили за нее автомобилями. Двухгодовалый Ниссан Патрол, еще тогда, когда Волга ГАЗ-24 для большинства советских граждан была пределом мечтаний, а в очереди на «копейку» стояли по несколько лет, сахалинцы продавали за 10 000 рублей со словами «нафига он мне, такой старый, нужен?».
Со снабжением на Дальнем Востоке и с советской стороны тоже все было хорошо — электровафельницы, кофеварки и кофемолки, одежду, книги, которые в остальной части СССР меняли только на сотни кг макулатуры, и в довесок давали материалы какого-нибудь съезда КПСС — все это на Сахалине было в избытке, и студенты-стройотрядовцы везли в родные города полные сумки. Собственно, так в ряды комсомола и прокрался капитализм…
Но история не про это. Пили на Сахалине всегда и много. А то! Лето короткое, начался судоход — набили полные закрома припасов, и на зиму. Зимой наваливает снега — первые этажи начисто скрывает. Из дома никто носа не кажет. И что тут делать? Понятное дело — пить! А летом — тоже пить, но уже по привычке, по инерции.
И вот, одним прекрасным вечером, к студентам-стройотрядовцам, подходит местный мужичок:
— Ребята, продайте водки, я знаю — у вас есть!
— Да нафиг ты нам нужен, дорогой? Иди своей дорогой!
— Ребята, продайте! Десять рублей за бутылку даю!
Студенты переглянулись. В те времена на десять рублей можно было не только бутылку, а пять купить, да еще и закуски. Мужик же, видя, что ребята заинтересовались, решил добить:
— Двадцать пять рублей за бутылку!
Собственно, это все и решило! Продали мужику бутылку водки, и убрался тот восвояси. Но на следующий вечер вернулся с аналогичным предложением. И на следующий тоже… короче, по сходной цене поили стройотрядовцы мужика почти две недели. Понятное дело, сдружились. Мужик оказался каким-то там председателем чего-то.
— Вот, ребята, — говорит. — Правильные вы парни — сразу видно! Настоящие комсомольцы! Паводок начнется — возьму вас на рыбалку. Рыбалка у нас такая — нигде такой не видели! В жизни не забудете!
Ну, студенты посмеялись, да забыли. А вскоре и сам мужичок пропал. Проходит неделя, две… скоро и домой уж пора возвращаться, а ехать на Урал с Сахалина без трехлитровой банки икры, понятное дело — западло. Пошли искать, где ее, икру, достать…
И, надо же, встречают этого самого мужика! Тот, оказывается, ничего не забыл.
— Нет, говорит, ребята, не ищите икру. Не нужна она вам такая. Через неделю на рыбалку со мной поедем, там и рыба вам будет, и икра…
В назначенный срок, уже под вечер, подходит мужик к стройотрядовцам. Пора! Берут водки, сколько могут унести, садятся на вездеход, и едут. Долго едут, по оврагам, буреломам, болотам и топям. Ну, это так, для красного словца. На самом деле — переваливают через сопки. Но едут и в самом деле долго — часа четыре. Наконец, приезжают к избушке какого-то то ли лесника, то ли егеря. И вот тут застолье продолжается. Мужик, который и по пути заливал за воротник нехило, тут вообще поплыл. За окном не то что там темно, как бы светать не начало! Водку, что у студентов была, приговорили по-быстрому, в ход пошла самогонка. Сами комсомольцы, переглядываясь, смотрят на алкашей. Мол, разве за тем мы перлись в такую даль, чтобы на эту синюю яму любоваться? Час сидят, два…
