Всем «Ладам», встреченным на пути в припаркованном положении, эти бегуны засовывали под дворники визитки с текстом на исландском языке. Содержание текста примерно следующее: «Досточтимый сэр! Если Вы готовы продать этот автомобиль, прошу Вас подъехать к борту российского судна «Урюпинск» в Вашем порту на причал № 6. Пожалуйста, покажите вахтенному матросу эту визитку и спросите Жорика. Я жду Вас 15-17 июля 1996г. с 17 до 22 часов исландского времени. Цену обсудим при встрече. Желаю Вам удачи! Спасибо!»
Ребята заранее озаботились составить текст, специалисты перевели на исландский, в визитку от руки вписывали только номер причала. Все остальное было отпечатано на принтере, разборчиво и красиво.
Подготовка мест для авто на борту.
Здесь тоже были заметны изменения. Авто на борту ранее ставили на промысловую палубу, после погрузки трал уже не ставили, ехали домой без остановок. В 1996-м после завершения всех работ, перед заходом, стали готовить судно для максимально возможного приема авто на свой борт. Срезали уйму вентиляционных оголовков, чтобы поставить авто на новых местах. Над промысловой палубой надстроили новую фальш-палубу, на которую потом разместили несколько машин. И вообще, сделали все, чтобы автомобили «торчали из ушей и ноздрей» судна.
Число мест было точно посчитано, капитан сам устанавливал очередь погрузки по порядковым номерам заявлений соискателей права на транспортировку купленных авто. Сверх мест не грузили, для последних это был трепетный момент.
Все авто надежно закрепляли, до Мурманска – неделя хода. Хорошая новость – летом шторма редки, риск минимален.
Основным документом правообладания на автомобиль была купчая – документ установленного образца. В нем фигурировали имена и координаты продавца и покупателя, марка и номер машины. По этому документу авто выпускали из Исландии, впускали в Россию.
На основании купчей происходила выдача временных документов на приходе судна в Мурманск силами таможни. Этот же документ был основным для постановки на учет в ГАИ.
Возможно, я упускаю некоторые моменты – я сам не покупал авто и не оформлял его, пользуюсь информацией «счастливых обладателей подержанной мечты».
Судовые умельцы в дни следования в Мурманск дружно занимались «подшаманиванием» покупок. Заводили двигатели тех авто, которые доставляли к борту на буксире. Мыли и чистили от артефактов, которые я уже указывал.
Некоторые, особо продвинутые, делали интересный «финт ушами». Покупали две одинаковые машины в Исландии. Потом, чтобы экономить на оформлении, одну машину оставляли, а вторую по пути домой разбирали на запчасти. Остатки разборки, а это, чаще всего, корпус авто, топили в океане. Вторая купчая исчезала, таможне предъявляли одну машину. На запчасти от подержанных машин таможенной пошлины не существовало.
Благодаря сложившимся условиям Исландия избавлялась от своего автомобильного хлама силами российских моряков. И если для утилизации в своей стране исландцам было необходимо платить утилизационный сбор, то при продаже и последующем вывозе в Россию старого авто островитяне получали пусть небольшую, по их меркам, сумму, зато были избавлены от хлопот.
А нашим ребятам даже такие «Росинанты»1 при дефиците внутреннего рынка, доставшемся от Советского Союза, были желанны и востребованы. И никто тогда не смотрел в будущее – такая доля старья на дорогах весьма опасна для всех участников движения.
Что касается меня – я теперь могу, вспоминая рейсы «за авто в Исландию», рассказать вам про такое интересное и необычное дело. И это было в «лихие» девяностые.
Речь пойдет о том, как в одном рейсе промысловика были превышены физические возможности судна по емкости трюма. Сложновато звучит, сейчас объясню.
1997 год, апрель, Западный склон Медвежинской банки, борт СРТМ-К «Никольский», научная группа – 2 человека, собираем промысловую информацию о рыбе.
Емкость трюма этого судна 200 тонн. Трюм полностью заполнили мороженой рыбой и пошли на выгрузку к острову Медвежий, там удобная якорная стоянка. Транспорт, на который будем сдавать рыбу, уже ждет на месте.
Бежать до точки выгрузки часов 6. На эхолокаторе появилась плотная рыбная запись. Глубины рабочие, площадка ровная, капитан решает поставить трал. Всё получилось удачно, трал с уловом стали поднимать на борт.
Когда куток (хвостовая часть трала) с уловом подтащили к слипу (вырез в борту судна для затаскивания улова на борт) – офонарели. Куток всплыл, по прикидкам в трале – около 20 тонн трески. С большими сложностями такой большой улов смогли затащить на промысловую палубу.
Всех живых вызвали на подрезку рыбы. Подрезка – достаточно кровавая операция, рыбе подрезается горло для стока крови из тела. Обескровленная рыба при сдаче на переработку идет самым высоким сортом, с выплатой премии.
Подрезка шла быстро, почти весь наличный экипаж участвовал. Параллельно этим работам пришвартовались к транспорту.
