Видимо, нам до канадских и новозеландских стандартов еще предстоит эволюционировать. Я вижу два варианта инициации этой эволюции. Первый – катастрофический перелов донных видов до «схлопывания» промысла, что повлечет за собой социальные проблемы прибрежных регионов. Второй – настолько жестокий кризис в державе по продуктам питания, что правительство станет обращать пристальное внимание на что-то, кроме «Газпрома», «Роснефти», леса, золота, алмазов.
Задача любого рыбопромыслового судна – ловить рыбу и доставлять на берег, к столу всех желающих.
На промысловиках существует три варианта выгрузки: выгрузка на борт транспорта в море, выгрузка в своем порту и выгрузка в иностранном порту сразу на фабрику для переработки.
Первый вариант производится силами основного экипажа с очень отсроченной оплатой. За второй вариант деньги получает береговая бригада. А вот третий вариант – самый «жирный» для экипажа. На нём и сто́ит остановиться подробнее.
Задача любого капитана в инпорту – как можно быстрее выгрузиться и уйти на промысел, освободив причал. В этих условиях даже одна пара рук может оказаться ключевой и обеспечить экономию времени выгрузки в несколько часов. Фабрика, на которую идет выгрузка, сразу выдает валюту за тоннаж выгруженной судовой продукции – мороженой рыбы.
Причем, расценки самые высокие для нас. Для фабрики это недорого. Потому что, если выгружать будут свои докеры, береговые, затраты увеличатся многократно. Так профсоюз докеров борется за их права.
В таких условиях к выгрузке привлекали и нас – научных сотрудников. Мы на это соглашались весьма охотно. Работа сравнительно несложная. В трюме надо загружать 30-килограммовые картонные короба с замороженной рыбой на стандартные деревянные поддоны. Хватай да таскай, соблюдая осторожность.
Бортовыми механизмами затем готовые поддоны с рыбой поднимают из трюма и перемещают на причал. Там уже фабричные погрузчики забирают поддоны на береговой склад-морозилку. Работа идет быстро, примерные темпы выгрузки своими силами – до 10 тонн в час. При ёмкости трюма 200 тонн через сутки после начала уже можно и уйти.
За одну выгрузку полного трюма можно было получить в одни руки налом около сотни долларов. Очень неплохой довесок к основной зарплате.
К тому же, выгрузка ведется двумя бригадами посменно. В свободное время можно погулять по берегу, посетить местные магазины, прикупить понравившиеся товары. Да и просто походить по земле после нескольких недель морской качки в замкнутом пространстве.
За свою морскую биографию мне довелось участвовать в трех таких рейсах (за рейс могло быть несколько выгрузок). Очень интересный опыт. Вдобавок, в условиях судовой гиподинамии, это прекрасная возможность размяться с тяжестями в течение нескольких часов.
Этой «разминки» лишены три человека в экипаже. Капитан всю выгрузку находится на мостике, следит за общим порядком. Особое внимание – распределению груза, недопустимы перекосы и заваливание на борт. Старший механик все время находится в машинном отделении и обеспечивает работу судовых механизмов. Третий «счастливчик» – повар, он все время выгрузки один, без помощника, обеспечивает едой весь экипаж.
А народ на выгрузке питается по усиленным нормам. Представьте, вручную переносить-перекидать несколько тонн груза. Всё это на свежем морозном воздухе в трюме. И какой после этого будет аппетит!
Откровенных злодеев – исчезающее меньшинство, но они есть, и последствия их действий – самые разрушительные. Тема необъятная, попробую осветить по фактам, мне известным. Моряки вообще народ законопослушный. Здесь расскажу в основном о случаях мелкого криминала, но в отдельных сюжетах за ними следуют спровоцированные тяжелые преступления.
В советское время визу давали через несколько лет работы. Сама виза потом давала право ходить за рубеж, получать валюту. Если у человека проявлялись криминальные таланты, ему не давали или закрывали визу. Крючок был мощный.
Перечислю варианты криминала на борту: мелкое воровство, хулиганство, сознательная порча имущества, подпольная торговля спиртным, хищение продуктов. Разберем по очереди.
Мелкое воровство на судне штука обоюдоострая. На ограниченной территории легко устроить тотальный обыск. Поэтому почти все акты воровства происходили в минуты перед швартовкой в порту.
Потом ищи-свищи. Крали чаще всего деньги, мобильники, часы, ножи, очки, одеколон, водку, кассеты, диски, радиоприемники, клавиатуры первых компьютеров, видеомагнитофоны.
К сожалению, в то время у кадровиков не существовало практики многофакторного анализа. Факты воровства очень просто сравнить со списком экипажа. Совпадения на разных судах выявить и присмотреться к фигуранту пристальнее. А там и пару вопросов задать.
Потому что гораздо гуманнее задать вопросы и мотивировать виновного в воровстве к увольнению, чем разбираться потом с пропажей этого человека в рейсе. Это не шутка, люди исчезают в море.
