В последнюю эпидемию заболела заведующая нашей подстанцией. Уходя на больничный, уговорила она меня заменить ее на время болезни без отрыва от основной работы, пообещав, что проболеет недолго. Через пару дней заболел я сам, но привычно перехаживал грипп на ногах, выполняя данное обещание дождаться выхода на работу заведующей. Утром на четвертый день болезни я просто не смог подняться с постели – дичайшая слабость, головокружение, липкий пот и непонятная какая-то одышка – пришлось мне вызывать участкового врача на дом и уйти на больничный, не дождавшись завподстанцией.
Участковый врач дала мне больничный на шесть дней и велела сдать анализы и пройти флюорографию. Я – человек исполнительный и поперся, еще отвратительно себя чувствуя, на анализы и флюшку. Поликлинический флюорограф оказался сломаным и флюорографию я прошел в тубдиспансере. Через день оттуда звонят: срочно явитесь к нам! Прихожу, меня посылают к фтизиатру, он назначает анализы крови, мочи и мокроты, пробу Манту и обзорный рентген грудной клетки. Я все выполняю. Снова вызывают. Анализы крови плохие: СОЭ – 40 мм, лейкоцитоз. Обзорный снимок плохой - диссеминация, для уточнения диагноза нужно сделать томографию, то есть послойные рентгенограммы. Я смекаю: диссеминация, значит – у меня подозревают милиарный туберкулез – скоротечную чахотку, способную свести в могилу за пару месяцев, а то и быстрее.
Как на грех, жена в отъезде – поехала в Сыктывкар нянчить внука, чтоб дать невестке возможность поучиться на курсах повышения квалификации в Москве. По возвращению первой невестки у другой возникла надобность поехать на семинар в Питер и жена осталась нянчить внучку.
Прихожу домой, звонит главный врач – есть срочное санзадание в Сыктывкар. Я говорю, что я еще на больничном, а она мне - ну, так закрой его, вернешься – откроешь новый. Иду смотреть больную, которую повезу, иду к участковому врачу, уговаривая ее закрыть больничный, обещая явиться на долечивание, иду в тубдиспансер, обещая отметить реакцию Манту в Сыктывкаре и явиться по возвращению на томографию.
Довез я больную хорошо, а сам чувствую себя плоховато: слабость, одышка. Средний сын – врач говорит мне:
- Чего ты будешь в Воркуте делать простую томографию, когда здесь можно сделать компьютерную, я договорюсь.
Сделали мне КТ. Врач зовет сына, показать результат, и я иду с ним смотреть.
- Смотрите, - говорит врач, - все легкие в метастазах. Нужно искать первичный очаг в желудке.
Прохожу фиброгастроскопию, у меня берут биопсию. Врач - эндоскопист говорит:
- Порадовать мне вас нечем. У вас рак желудка. Будем ждать результатов цитологии и гистологии.
Как правило, со смертью шутки плохи.
Обычно, не до смеха от испуга.
Но старому кошмарному пройдохе
Смерть не страшна, как старая подруга.
Напуган я чахоткою и раком
Не больше, чем Чечнею и Ираком.
Спокойно жду результатов, а тем временем меня обследуют республиканские фтизиатры. Милиарный туберкулез они исключили – уже хорошо. Приходит цитология – нет рака, потом гистология – нет рака. Обхохочешься.
Замечательно, но что же со мной? Дообследуют и приходят к диагнозу саркоидоз. Тоже малоприятно, но болячка эта длительно текущая, редко приводящая к смерти, а в некоторых случаях бывает и самовыздоровление.
Заражен я сарказмом всерьез.
Для меня это вовсе не тайна.
И диагноз: саркоидоз
Мне поставлен официально.
А тут еще попадается мне статья в журнале «Лехаим» о том, что в талмуде есть специальная молитва: «Господи, пугай меня сколько хочешь, только не карай!».
Понял я, как директиву свыше, мол, не откладывай в долгий ящик намеченных планов, спеши их реализовать, потому что всякое в жизни может произойти.
Преждевременен слух
О скорой кончине моей,
Но гоню во весь дух
Быстроногих коней своих дней!
Летом 2003 года главный хирург Воркуты Марионела Георгиевна Калинич, временно исполнявшая обязанности главного врача городской больницы скорой медицинской помощи, предложила мне принять участие в республиканском конкурсе «Врач года» в номинации «врач экстренной медицинской помощи». В этой номинации объединены врачи «скорой помощи» и врачи-реаниматологи, на мой взгляд, не совсем правильно – все-таки это разные «весовые категории».
За пару месяцев до этого я аттестовался на высшую категорию, поэтому отчет за 3 последних года работы у меня был готов, и я согласился. Присовокупил к отчету газетные публикации разных лет – вот и готов материал на конкурс. Много времени это у меня не заняло.
В начале декабря я получил официальное приглашение на церемонию награждения победителей конкурса. Через пару дней я случайно узнал, что со мной в одной номинации в конкурсе участвует главный детский реаниматолог республики Олег Викторович Комлев. Мне стало ясно, что первого места мне не видать, как своих ушей, но, раз приглашают на награждение, значит, какое-то место я все-таки завоевал. Прежде меня судьба с Олегом Викторовичем не сводила. Откуда же мне знакома его фамилия? И тут я вспомнил!
