— Позвольте поинтересоваться, — елейным голоском пропела Лилия, подхватывая своего спутника под руку и чуть не силой оттаскивая его от одноклассниц. — Где же ваши мужчины? Приходить на бал без пары — моветон.
Те переглянулись, хихикнули и кивнули куда-то в сторону:
— Они там политику обсуждают, — доверительно сообщила Маденна, младшая хозяйка дома. — Так происходит каждый раз. Стоит им собраться вместе — и тут же вспыхивает спор о том, стоит ли брать людей в рабство или они такие же полноправные цивилизованные существа, как мы.
— Грегор всё ещё считает, что Прокурор не прав, когда ссылает людей в Пещеры!
— Но если не людей, то что же, своих что ли отправлять?
— Нет, они же сродни животным, о чём речь! Ты слышала, у них нет ни одного живого дома, все мертвы! Все!
— Потому что они — мясники и убийцы!
— По моему мнению, люди — всё равно что животные. Как конь не обладает ментальностью — так и человек. Только человек немного умнее коня.
И девушки загалдели, наперебой высказывая своё мнение, презрительно фыркая и посмеиваясь над людьми. Но Лилия почти не слушала их. Она смотрела на Гарда, и не могла не заметить, как нервно дрогнул кончик его губ, как задумчиво и тяжело смотрел он теперь на своих бывших одноклассниц, переводя взгляд с одной на другую.
— И что? — громко произнесла Лилия, прерывая разговор.
— Что — и что? — подняла брови Ника.
— Что с того, что они не могут воздействовать? Зато они сильны и крепкие здоровьем. Если однажды придёт голод и холод, мы погибнем, а они останутся единственными разумными существами во всей долине.
— Если придёт голод и холод, мы просто пленим больше людей, и выживем.
— Засчёт их силы и здоровья!
— Лия, ты скажи, в чём разница между ними и конями? Мы можем передвигаться на большие расстояния засчёт силы и здоровья лошадей, но это ведь тебя не смущает!
Лилия сжала кулаки и смело сделала шаг вперёд:
— Конь не может сознательно решать за себя, как он хочет жить, не может развивать науку и изобретать новые способы улучшить жизнь себе и окружающим. А люди — могут! Да, они не так умны, как мы, но...
Слова её потухли в бурном женском хохоте.
— Наука!.. У людей!.. — смеялись они. — Скажи ещё, технический прогресс!
— С тех пор, как возвели Суровый Лес, мы не имеем никакого понятия об их развитии, — не сдавалась Лилия. — Мы тоже в те времена не умели строить живых домов, но теперь посмотрите вокруг!
— Ох, Глад великий! — воскликнула Мия. — Птицы тоже когда-то учились строить гнёзда, но они слишком слабы умом. Так и люди в сравнении с гладирами умом не блещут.
Лилия уже вдохнула, чтобы возразить, чтобы перебить вновь взорвавшийся вулкан девичьих голосов, но в это время Гард коснулся её талии, и она обернулась. Брови её напряжённо поднялись, и он не смог сдержать доброй усмешки.
— Пойдём, — сказал Гард, мягко обнимая Лилию за плечи, и повёл её в сторону, прочь от компании шумных девушек. — Этот спор не стоит твоих переживаний. Ты им всё равно ничего не докажешь.
— Но с чего они взяли?..
Лилия тяжело, прерывисто вдохнула, и Гард крепче сжал её плечо. Она и сама не заметила, как мысль, которую она озвучила только для того, чтобы понравиться собственному жениху, завладела ею. Теперь эта мысль не казалась просто глупой теорией.
— В самом деле, — тихо произнесла Лилия, когда они остановились у небольшого искусственного пруда. — Откуда им знать, какие они — люди? Ведь ни Ника, ни Маденна, ни Мия, да и вообще никто не знает, какие на самом деле люди, как они думают, чем живут, какие у них те... технологии. С чего они взяли, что мы выше человека на голову? Вот ты. Хоть раз общался с человеком?
— Ни разу, — Гард покачал головой. — Только видел однажды, как мимо проезжала телега с пленниками.
— И что? Какие они?
Он пожал плечами.
— Невысокие. Коренастые. У них крупные мышцы, но довольно мелкие суставы. И глаза другие.
— А интеллект? Они разговаривают? У них есть осознанная речь?
— Конечно есть, — удивлённо моргнул Гард.
— Значит, они не кони...
Мимо, в постепенно сгущающихся сумерках, проплыла стайка светляков — и дрогнула, когда в доме грянула музыка. Гард протянул Лилии руку:
— Пойдём. Бал начинается.
Она улыбнулась. Если бы не переживания из-за внезапно вспыхнувшего спора, сейчас её сердце трепетало бы от мягкости и участливости Гарда. Нет, он всегда был добрым. Но при этом — отстранённым. С самого первого класса Лилия наблюдала за ним. Будучи ребёнком добрым, мягким характером, он несколько лет был козлом отпущения среди одноклассников, но Лилия всё равно не спускала с него глаз. Когда всё изменилось? В какой момент он понял, что физически сильнее одноклассников? В то время, как остальных строго наказывали за использование ментальности, он отстаивал свои права кулаками, и однажды Лилия вдруг осознала, что он больше не мальчик на побегушках. Что с его мнением считаются, что ему доверяют и что другие девчонки тоже стали за ним наблюдать.
Но только ей выпала удача оказаться его невестой.
