– Понятно, – кинул Монтойя. – Теперь к часам, – он поднял с комода глыбу деревянных часов и внимательно её осмотрел. Как он и предполагал – часы ему много что рассказали. Детектив повернул их одним из углов к агенту Сиприано, и тот ахнул от удивления. – Видите, угол с вмятиной, которая пропиталась кровью? Часы и правда орудие убийства. Надеюсь, сеньор Гарсиа не будет возражать, если мы заберем их?
– Нет, конечно, берите все, что потребуется, – ответил Йон. Он никак не мог понять, правда ли все это или жестокий сон. Неужели это преступление с братом Адель совершила донья Канделария? И могла ли она совершить вчерашнее преступление? Просто не верилось, что эта надменная старушка – пусть обманщица и интриганка – могла кого-то убить. Но если все-таки эти преступления совершила именно она, то кто совершил остальные?
Неужели главных убийц несколько и каждый ведет свою игру?
***
Йон сидел в кабинете, курил и пытался осмыслить все, что случилось за утро. Пытался принять нового себя и свыкнуться с тем, что это место теперь его. Пытался понять, правда ли донья Канделария убила двоих или эти преступления хочет повесть на нее дон Хоакин. Но его мысли были прерваны доньей Беатрис и Альбой. Они громко вошли в кабинет, поздравили Йона с новой должностью и были явно очень счастливы видеть его в красивом костюме за этим столом. Но Йон моментально стер всю их радость, рассказав о доне Хоакине и донье Канделарии.
– Не могу поверить! – воскликнула Альба, тяжело опустившись на стул и закрыв лицо руками. – В последние дни отец стал так отвратительно поступать! Не понимаю, что с ним стало!
– Когда он запер меня в своей комнате, я заметила, что он вёл себя не как подлый мерзавец – то есть не как обычно – он вёл себя гораздо хуже. Как безумный ублюдок.
– Перестаньте! – воскликнула Альба, оскорбившись. – Вы говорите о моем отце, и я вас прекрасно слышу!
– Извини. Но ты знаешь, что отца твоего я на дух не переношу. Однако сейчас я хочу сказать, что, быть может, он сходит с ума? – предположила донья Беатрис. – Раньше он не был таким, но теперь смахивает на самого настоящего безумца!
– Если это так, то ему нужна помощь! – сказала девушка. – Я надеюсь, что доктор еще не уехал и сможет его осмотреть.
– Боюсь, тут нужен другой доктор, – заметила донья Беатрис.
– А где сейчас бабушка? – спросила Альба.
– Агенты увели ее в участок. Детектив тоже туда ушел совсем недавно вместе с часами и пистолетом, – ответил Йон.
– Нужно с ней поговорить! – Альба подскочила на ноги. – Я не знаю, чему уже верить! И не знаю, как сказать обо всем Адель, ведь бабушку обвинили в убийстве ее брата! Господи, да что же это за кошмар! Я сейчас же поеду в участок.
– Поедем вместе, – сказала донья Беатрис.
– Я бы тоже с вами поехал, но теперь я должен сидеть тут и решать управленческие вопросы, хотя даже не знаю, что делать, – произнес Йон. – Донья Канделария даже не успела объяснить мне, какие у меня обязанности.
– Я могу помочь тебе, – предложила Альба. – Только позже. После того, как вернусь из участка.
– Хорошо, спасибо, – отозвался Йон, посмотрев на подругу теплым взглядом. Моментально в голове всплыл утренний разговор о свадьбе, который уже успел позабыться из-за визита детектива. Было бы, возможно, даже здорово жениться на Альбе. О таком он раньше даже и помыслить не мог, а теперь его едва ли не отвели под венец насильно. Но… Нет. Такая свадьба была бы не настоящей. А для настоящей сейчас совсем не подходящее время.
Йон тряхнул головой, словно прогоняя эти мысли, и проводил взглядом Альбу и донью Беатрис.
Никого больше видеть он не хотел. Хотел лишь спокойно посидеть и поразмыслить о людских поступках. Но он стал управляющим, а это предполагало, что на нем лежит ответственность за все, что происходит в отеле. И вскоре эту ответственность он почувствовал в полной мере. К нему в кабинет пришла одна из горничных и крайне подавленным голосом стала говорить:
– Сеньор, я должна кое-что вам рассказать… Вы же знаете, что я старшая горничная по третьему этажу?
– Конечно, знаю, Кармен, – ответил Йон.
– Вчера у меня пропала связка со всеми ключами от комнат и… Я не знаю, что мне теперь делать.
– Ключи пропали вчера? – переспросил Йон, задумавшись. – А почему ты говоришь это только сейчас?
– Я не хотела никого тревожить, да и думала, что найду их. Но не нашла.
– Где ты их видела в последний раз?
– Я всегда ношу их в руках, а когда прибираюсь в комнатах, то оставляю их на столиках или комодах. Я убиралась в одном из номеров и положила ключи на стол, но когда закончила уборку, то их не стало. Я сначала подумала, что, может быть, я забыла их в замке, но там их не оказалось, потом подумала, что они могли упасть или куда-нибудь закатиться, но я везде посмотрела и так и не нашла.
– А в номере кто-то был? Чей это был номер?
– Это был номер сеньора Аурелио, он как раз покинул отель, и я убирала комнаты после него. Но там никого не было. Хотя… Дверь была не заперта, кто-то мог зайти. Ох! А что если ключи кто-то забрал?!
– Хочешь сказать, украл, – поправил ее Йон. – Очень может быть.