–Боже, я начинаю волноваться! Голова закружилась. Руки трясутся. Не могу взять рюмку!
–Не волнуйтесь, мой друг Не волнуйтесь… Всё пройдёт безболезненно и как по маслу, – покровительственно улыбнулся я.
–И как долго происходит процесс перехода из одного мира в другой? Ну, как долго длится сон?
–Мгновения, мой милый друг, вроде бы, всего лишь мгновения, не более того, – усмехнулся я, а потом задумался. – А может быть, проходят целые века… Чёрт его знает! Всё крайне запутанно, сложно и неясно.
–Вот как?
–Именно так. Ладно, не будем о грустном. И так, сударь! Назначаю вас Министром Иностранных Дел! Министром чёрт знает чего и чёрт знает где! Вперёд, на ДИВАН! Мы им всем покажем! Мы их всех накажем! Мы их возьмём в оборот, милитаристов хреновых, олигархов ненасытных, заговорщиков доморощенных!
–Так точно, Ваше превосходительство!
Да, бывает порою так, что в самом неожиданном месте и в самое непредсказуемое время мы находим то, что помогает нам быстро решить проблему, которая долго казалась абсолютно неразрешимой!
Сон №11.
Великие и благие дела всегда сплачивают людей.
С. Цвейг.
НЕГОДЯЙ, одетый в элегантный костюм цвета морской волны, лениво и вальяжно восседал в огромном кресле рядом с вражеским Президентом, который уже не являлся нашим врагом, и почти в ухо рассказывал ему, как я понял, какой-то крайне скабрезный анекдот.
Президент некоторое время задумчиво слушал, а потом вдруг вполне искренне, оглушительно и заразительно рассмеялся. НЕГОДЯЙ ему с готовностью вторил, слегка и непринуждённо похлопывая собеседника по плечу. Телохранители, – и с той, и с другой стороны, сначала напряглись, но потом расслабились и заулыбались.
НЕГОДЯЙ и Президент Конфедерации неторопливо и со вкусом пили какой-то изысканный коньяк, наверное, ста летней выдержки, закусывали его чем-то непонятным, но отнюдь не лимоном. Лимон с таким коньяком, – это же, якобы, моветон! Какой лимон?! Но я видел по выражению лица НЕГОДЯЯ, что он бы с удовольствием употребил именно данный классический и культовый фрукт. Как-то для нас с ним он был привычней и желанней всяких там других, непонятно каких, яств.
Лично я сидел рядом с молодой, прелестной и неподражаемой Женой Президента. Я сурово и бескомпромиссно пил водку, запивал её моим любимым томатным соком и закусывал оливками с анчоусами. Дама употребляла абсолютно сухой мартини и своими довольно изящными и холёными пальчиками с идеальным маникюром периодически томно и чувственно отправляла в рот кусочки разнообразных фруктов, тонко порезанных и обречённо распластавшихся на большом серебряно блюде. Фу, какая, однако, гадость, этот сухой мартини! Как его можно пить!?
Мы с женщиной весело о чём-то болтали, смеялись и периодически пристально и задумчиво смотрели друг другу в глаза. Изящные ножки дамы также периодически, как бы невзначай, соприкасались под столом с моими ногами, сурово обутыми в тяжёлые шнурованные десантные башмаки на толстой подошве.
А как же иначе! НЕГОДЯЙ, как-никак, всё-таки, – Министр Иностранных Дел. Он является в данный момент блестящим дипломатом, интеллектуалом, философом, эстетом, писателем и тонким поэтом, ценителем всего прекрасного, любителем оперы, драмы, скульптуры и живописи. Но лицо сугубо штатское. Ему положено носить всякие там костюмы, фраки или смокинги.
А вот мы, – суровые и мужественные воины, неоднократно побывавшие в кровавых битвах, этого позволить себе не можем! О, как красиво, отточено и браво выглядит любой мужчина в военной форме! А кто может производить больше впечатления на дам, как ни офицер или генерал, одетые в парадную форму, усеянную боевыми орденами!? А аксельбанты? Я уже ничего не говорю о Маршалах и Фельдмаршалах с их сияющими золотыми погонами, усыпанными бриллиантами!
Но в данный момент я был одет в обычную и простую полевую камуфлированную форму Первой Гвардейской воздушно-десантной бригады. На моём голубом берете красовался символ и талисман Бригады – изогнувшийся в прыжке тигр с огромной, хищно раскрытой пастью. Выглядел я, вроде бы, крайне скромно, но очень и очень мужественно. Предельно мужественно! Видимо это восхищало и прельщало сидящую рядом со мною милую и до крайности желанную барышню. Эх, не хватало только моего легендарного пулемёта и десятка штурмовых вертолётов, тяжело и почти неслышно висящих над Президентской Резиденцией!
Но что поделать. Переговоры, есть переговоры… Они требуют спокойствия, отсутствия агрессии и присутствия вдумчивости и стремления к достижению консенсуса. А когда они, эти переговоры, наконец, завершены успешно и происходит по этому случаю банкет, то глупо трясти пулемётом и напрягать благоприятно сложившуюся обстановку какими-то ударно-штурмовыми вертолётами!
