Остаток пути они провели в разговорах о порядках голинов, насколько их знала Хелен. Спросить парня о том, что именно он делает для теневиков, не решалась. Но уже переживала, сможет ли она когда-нибудь открыться Вакроку о своем иномирстве? Потому что если у них всё-таки сложатся настоящие отношения, то она не хочет скрывать от своего мужчины настолько глобальную правду. Не сможет рядом с любимым постоянно затаиваться и оправдываться за каждое нечаянно выскочившее подозрительное слово.
Вакрок был слишком честным и порядочным. Если он узнает о ее невероятном "переселении", то как состоящий на службе безопасности королевства, обязательно расскажет столь шокирующую новость в Управлении, понимала Хелен. Отцу уж точно, дядя наверняка тоже узнает. А если узнает Лернавай, то... "То всё! – обреченно вздыхала Хелен. – На этом моя песенка в этом мире будет спета. Этот дознаватель-бультерьер мне моего иномирства точно не простит, и кто знает, что сделает. Навсегда замурует в самой дальней тюрьме, чтобы я больше не несла подозрительную чушь в их мир?".
– Всё будет хорошо с этим караваном, если ты о нем переживаешь, – Вакрок пытался поддержать ее, когда они уже въезжали в герцогский двор. И добавил: – Раз Раймонд взялся разбираться, он сделает как положено.
Видимо, заметил ее рассеянное состояние. Девушка кивнула с благодарной улыбкой в ответ, но весь вечер мучилась сомнениями о своем неясном будущем. Как раз слова, что если Лернавай взялся, то сделает как положено, пугали девушку больше всего. Только не из-за гевайн, а ее попаданства.
Однако потом от печальных мыслей отвлек Тезер, радостно встретивший их еще на пороге. Внимательно оглядев прибывших студентов, он уговорил Хелен сходить на их "площадку для катания", где собирался похвастаться ей своими новыми трюками. И ему удалось заболтать согласившуюся девушку, отвлечь от грустных думок, засыпая ее отчетами об удобстве катающейся доски и предлагая те или иные свои идеи.
На следующий день ближе к обеду эйр Верчил сопроводил Хелен в кабинет герцога, где уже были и Вакрок, и Лернавай. Неизвестно о чем они говорили до ее прихода, но когда девушка устроилась в предложенном ей кресле, Лернавай сообщил, что с задержкой разобрались, и сегодня же караван попадет к складским кварталам. Мол, теперь ей не о чем переживать.
– Разве? Но если Управление безопасности уже раз вмешалось, то откуда мне знать, что в будущем не будет новых препятствий? – усомнилась Хелен вместо того, чтобы просто поблагодарить жениха.
– В будущем мы будем внимательнее относиться к работе наших сотрудников, – сухо ответил Лернавай, глядя при этом почему-то на Вакрока. – Но если вновь появятся подобные ситуации, то, Хелен, не стесняйся сразу же сообщать мне о них. Или Вакроку, чтобы не приезжать лично в Управление. В крайнем случае могла бы передать сообщение по почтовому артефакту.
То есть он ей сейчас выговаривает за визит в Управление, почему-то подумалось Хелен, после которого она подкинула ему внеплановую работу. Или если он стеснялся ее как невесту перед своими коллегами, то по гостям в знатные семьи ее тоже не стоило водить, еще больше разозлилась девушка. И жениху так было бы спокойнее, и ей оставалось бы больше свободного времени, которое она найдет на что потратить. На что-то гораздо полезнее, чем танцы и пустословие в высшем обществе.
Но вдруг вмешался опекун.
– Хелен, Раймонд имел в виду, что раз уж у тебя такие... дружеские связи среди гевайн, то Управление будет благодарно, если ты будешь вовремя сообщать о любых проблемах, связанных с нелюдьми. Ради благополучия наших народов и спокойствия в столице, – спокойно пояснил герцог. – С тем караваном случилось недоразумение исключительно потому, что не все наши сотрудники знают тонкости голиновского мышления, но это могло привести к крупным неприятностям...
Почему-то девушке в этот момент показалось, что Тобиас приврал, может, совсем немного, но точно от нее что-то скрывают.
– Конечно, мы и Норби предупредили о готовности сотрудничать с ними, особенно касаемо информации, – продолжил опекун размеренно. – Но тебе, как человеку, зачастую будет проще понять сложность той или иной ситуации...
Он говорил как-то обтекаемо и слишком многословно, но девушку мучила мысль, что ей о чем-то недоговаривают.
– Только не встревай в эти дела открыто, Хелен, – выдал вдруг Вакрок, тоже вмешиваясь в разговор. – Передавай или через меня, или через почтовый артефакт.
– О! – сообразила Хелен. – Мое поведение опять было... недостаточно приличным?
"Для уровня ваших семей" – удержала за зубами.
– Да, – коротко подвел итог Лернавай, но теперь-то Хелен точно осознала, что ей врут!
И кто! Потомственные дознаватели!
Поджала губы и глянула с укором на опекуна. А тот вздохнул, широко улыбнулся и признался:
– А также это может быть опасно для тебя, Хелен. На этот раз ситуация с голинами сложилась случайно, но кто знает. Однако тебе нужно держаться подальше от дел Управления...
– Пока Управление не заинтересовалось тобой вплотную, – выдал вдруг Лернавай с раздражением.
