Параллельно с этим в горах полуострова происходили ожесточенные стычки попавших в фактическое окружение османских солдат с черногорцами и двигавшимися следом за ними болгарами. Последним, после завершения фортификационных работ, пришло предписание взять под контроль большую часть побережья со стороны пролива, поскольку одной поистрепавшейся бригады морской пехоты было явно недостаточно для контроля 65 километров такого уникального фронта. Впрочем, даже при содействии болгар данная задача являлась весьма непростой, отчего приходилось повсеместно создавать наблюдательные посты и секреты, а также втыкать тут и там горные орудия, которые только и виделось возможным протащить в большую часть изобилующей горами местности. И при этом еще не следовало забывать о должной маскировке, поскольку попасть под обстрел даже обычной полевой артиллерии с противоположного берега было более чем легко — ширина пролива вполне позволяла.
— Это возмутительно! — выговаривал Михаилу Николаевичу Гирсу, послу Российской империи в Стамбуле, министр иностранных дел Османской империи. — Ваши корабли обстреливают наши укрепления в Босфоре, а ваши солдаты, раз за разом, предпринимают тщетные попытки пробиться к нашей столицы! Как это прикажете понимать? Означают ли ваши действия, что Россия объявляет нам войну?
— Уважаемый Ассим-бей, — переждав короткую, но эмоциональную речь собеседника, обратился к нему Гирс. — Вам, так же как и мне, прекрасно известно, что ни один состоящий на русской службе корабль или солдат не принимают участия в начавшейся войне. А те силы, с которыми сражаются ваши армия и флот на входе в Босфор, принадлежат Болгарскому царству. Да, они применяют оружие и корабли, некогда произведенные на наших заводах и верфях. Но точно так же болгары имеют на вооружении австрийские и французские винтовки с пушками, которые активно используются в боях против ваших войск. Означает ли этот факт, что послам данных стран вы также предъявите претензии о вступлении их держав в войну с вами?
— Но вы продали им два броненосца всего за день до вступления Болгарии в войну! Как это понимать? В России уже прекрасно знали, против кого будут применяться данные корабли, но все равно пошли на эту сделку! — Мустафа Ассим Тургут, естественно, был в курсе, что в реальности вызванному на ковер российскому послу предъявить было нечего. Однако, ему срочно требовалось наглядно продемонстрировать собственное самое активное вовлечение в разрешение навалившихся на Блистательную Порту проблем, чтобы усидеть на недавно занятом кресле. Высказывать же претензии тем же французам, которые годами спонсировали перевооружение болгарской армии или немцам, не согласовавшим продажу Османской империи хотя бы пары старых броненосцев, было чревато. Слишком сильное влияние в его стране имели, что первые, что вторые. Высказывать же претензию англичанам, тем более не было дураков. Вот и оставалась одна только Россия, с которой имелись давние непростые отношения, полные взаимных претензий и обид. По этой причине он и посчитал, что от получения еще одной-двух претензий ничего в отношении их империй не изменится, а ответить желающим подсидеть его недоброжелателям будет что, ведь видимость работы была создана. К тому же, в районе Дарданелл также творилось черт знает что, и местное командование обвиняло во всем именно русских. Правда, в качестве хоть какого-то доказательства могло предъявить лишь девять обнаруженных тел вражеских солдат одетых в форму черногорской армии, которые ушедшие с азиатского берега морпехи не смогли отыскать и забрать с собой.
— Спешу вам напомнить, что до тех пор, пока страна не становится участником войны, все остальные страны имеют полное право продавать ей любое вооружение, включая даже линкоры, — легко отбил высказанную претензию Михаил Николаевич. — Тем более, напоминаю вам, что еще в прошлом году вашей стране было сделано предложение о выкупе этих самых броненосцев для нужд Османского флота. Ваше правительство, насколько я помню, с негодованием отвергло его, сделав акцент на том, что в Англии вам уже строят куда более мощные и современные корабли. Болгары же оказались более прозорливы и предпочли синицу в руках журавлю в небе. Как видите, нам было все равно от кого получать оплату за устаревшие корабли, — с вежливой улыбкой продолжил он тыкать визави в очевидные факты, забыв упомянуть о том, что предлагались туркам эти броненосцы по цене новейших дредноутов. — К тому же, никто не может помешать вашим славным военным морякам прийти на помощь обстреливаемым крепостям и навязать болгарам достойное морское сражение.
