На открытом мостике «Полярного лиса» за завязкой сражения, можно сказать из первых рядов, наблюдали Иениш с Протопоповым, отмечая мельчайшие ошибки и недочеты в действиях как обоих флотов, так и каждого отдельного корабля. Оба прекрасно рассмотрели, как два японских крейсерских отряда, по четыре вымпела каждый, одного за другим буквально раздавили правофланговые легкие крейсера китайцев, обратив их в бегство, после чего принялись последовательно поворачивать навстречу опаздывающим к сражению китайским кораблям, прикрывавшим транспорты непосредственно у берега. Их минный крейсер с держащимся за кормой миноносцем, проскочившие на восемнадцати узлах примерно в двадцати пяти кабельтовых перед носом головного «Иосино», лишь проводили парой десятков неприцельных выстрелов, после чего, по всей видимости, решили не тратить снаряды на быстрого, небольшого да к тому же удаляющегося противника. Куда больше японцев интересовал небольшой броненосец береговой обороны «Пинъюань», вслед за которым тянулись «Гуанбин» и «Фулун», не решившиеся в одиночку идти на соединение с главными силами флота.
Впрочем, увидев, кто именно нацелился на их перехват, вся тройка китайских кораблей предпочла сменить курс и, оставаясь на мелководье, отвернула на восток. В результате охота на подобную добычу была признана контр-адмиралом Цубои абсолютно непродуктивной ввиду немалой опасности сесть на мель и сильного отрыва четырех его крейсеров от остального флота. Только этот факт и спас не способных ни убежать, ни отбиться от «Летучего отряда» китайских тихоходов. Но свое дело они все же сделали – того времени, что потребовалось быстроходным японским крейсерам на маневрирование, оказалось более чем достаточно, чтобы экипажи двух небольших миноносных кораблей продемонстрировали, как именно следует применять самоходные мины.
Оставив за кормой по правому борту фонтаны воды, поднятые упавшими с большим недолетом японскими снарядами, и убедившись, что преследовать их никто не собирается, Иениш скорректировал курс так, чтобы выйти в корму своему флагману, над которым раз за разом поднимались тучи дыма, гари и песка от многочисленных попаданий снарядов японских скорострельных орудий. И сделал он это вовсе не для того, чтобы помочь китайцам огнем своих немногочисленных орудий, а по той простой причине, что второй японский отряд более тихоходных кораблей уже заканчивал проход мимо китайских броненосцев, и потому вскоре там обещало стать более-менее спокойно, хотя бы на некоторое время.
Нельзя было сказать, что Иениш собирался полностью уклониться от боя, сохраняя за собой лишь роль стороннего наблюдателя. Все же они встали под флаг империи Цин уже во время войны не для того, чтобы показывать трусость русских моряков. Но пока ситуация не располагала к применению кораблей, находившихся под его командованием, а восторженным романтичным юношей с пламенным сердцем и горящим взглядом, готовым дуром сунуться под огонь десятков скорострельных орудий, чтобы проявить и показать себя, он перестал быть уже давно. К тому же это была не их война, и идти на благородный, но безрассудный риск ради китайцев он точно не собирался. Не для того он пришел сюда сам и привел за собой столько доверившихся ему людей, чтобы положить всех за чужие интересы. Нет. Он явился на эту войну, чтобы заработать. Заработать не только деньги, но и опыт современных морских сражений. А что первое, что второе впоследствии могли понадобиться только живым. Потому ни о каком лихом наскоке небольших миноносных кораблей на ощетинившиеся орудиями крейсера не могло быть и речи. Вот только судьбе, выбравшей своими посланниками ряд выпущенных китайскими кораблями снарядов, было угодно преподнести им подарок, от которого уже было бы невозможно отказаться.
– Похоже, пришла пора и нам поработать, Виктор Христианович, – оторвавшись от бинокля, обратился к своему командиру и деловому партнеру отставной капитан 2-го ранга, закончив изучать попавший под раздачу и уже активно горящий старый парусно-винтовой корвет. – Если китайцы не упустят момент, то вскоре японцу ой как достанется. А с такой дистанции китайцы не промахнутся. Все же на броненосцах у них оказались весьма добротно подготовленные артиллеристы.
– Предлагаете поспособствовать нашим нанимателям и добить то, что останется от корвета после прохождения между броненосцами? – также опустив бинокль, поинтересовался Иениш.
