Девятое. Клиент сообщает, как одет. Когда он появляется, вы с телохранителем опознаете его, но он телохранителя не замечает. Подходите к клиенту, называете его дорогушей или голубчиком, других ласковых слов не употребляете.
Десятое. Клиент ведет вас в номер. Теперь он обязан заплатить основную сумму гонорара — двести долларов. Вы и пальцем не пошевельнете до тех пор, пока не получите денег.
Одиннадцатое. Затем просите клиента достать член. Это тоже очень важно: если он замаскированный коп, то не станет доставать член. В случае отказа немедленно покидаете номер. Если достает, вы некоторое время занимаетесь его членом.
Двенадцатое. Затем говорите, чтобы он лег на кровать, а сами в это время раздеваетесь. Уже голой, видя готовность клиента, объясняете, что названная агентством сумма — только за возбуждение и стриптиз. Если он хочет большего, придется платить дополнительно. У вас будут личные расценки услуг, начиная от стимуляции руками и кончая сношением в задницу. Сколько запросите на этом этапе — ваше дело. Разумеется, молодые и красивые могут потребовать больше. Мой вам совет таков: не оказывайте услуг, пока не получите бабки.
Тринадцатое. Все остальное зависит от вас и вашей изобретательности. Но в любом случае не вступайте в оральное, вагинальное и анальное сношение без презерватива.
Четырнадцатое. Время от времени мы будем устраивать вам подставы: наши мужчины проверят качество работы. Девушка, не надевшая на клиента презерватив, подвергнется немедленному увольнению.
Пятнадцатое. Изящное расставание с клиентом поощряется. Ведите себя вежливо на всех этапах, однако доброе прощание дает надежду на повторную встречу. Когда клиент постоянный, многое становится проще и вы определенно уверены, что он не коп.
Поначалу Чанья чувствовала себя не так одиноко, как в Эль-Пасо. Здесь было много азиаток: японки, кореянки, вьетнамки, китаянки, женщины из Таиланда, Филиппин, Малайзии, Индии, Пакистана — представлены почти все азиатские национальности. Пусть их ценили меньше блондинок, это не имело значения — работы хватало на всех. Мужчины — поголовно туристы, а штат Невада похож на вращающуюся дверь; каждую неделю сюда прилетают и приезжают миллионы. И кого ни возьми — с выпученными, влажными, полными ожидания глазами человека, который на неделю-другую вырвался из своей тюрьмы. Ну если не на неделю, то хоть на день, хоть на час.
Почти все остальные женщины были американскими гражданками: некоторые родились в США, другие иммигрировали, но жили достаточно долго, чтобы принести клятву на верность,[39] и, как правило, вели себя как обычные американки. Практически все пристрастились к наркотикам (большинство к кокаину, марихуане и метамфетамину, некоторые — к героину). И благодаря наркотикам занялись своей профессией — дорогие привычки требовали много денег. Азиатки и черные утверждали, будто сели на наркотики из-за проституции. Но все соглашались с тем, что проститутка в Америке может выжить лишь под кайфом, а чем его вызвать — личное дело каждой. Вскоре Чанья поняла, что они имели в виду. Мужчины редко снисходили до того, чтобы спросить ее имя; практически не было ни остроумных разговоров, ни веселья — еще меньше, чем в Техасе. Она не видела в этом смысла: атмосфера мрачности не могла расцветить красками ремесло. Видимо, мужчин приводила сюда пуританская монотонность рабочей недели, и они с радостью вырывались на свободу, но не как разъяренные быки, а как спешащие на дойку коровы.
Чанья превратилась в работницу на конвейере, пусть даже высокооплачиваемую. Именно этого хотели мужчины. Все поголовно страдали разочарованием в жизни. Чанья не раз слышала, как, натягивая штаны, клиенты жаловались, какие они несчастные, говорили, что скоро заживут по-новому и купят жене новое платье. Ее приятная внешность и превосходная фигура оказались небольшим преимуществом, поскольку мужчины так сильно спешили и суетились, что ничего не замечали.
Чанья начала регулярно пить — обычно пару порций текилы в конце работы, чтобы не сорваться. Она продержалась полгода, ровно столько, сколько потребовалось, чтобы скопить тридцать тысяч долларов, а затем села в автобус и поехала в Вашингтон, куда ее позвала одна из бангкокских приятельниц. Ван приехала в Америку вскоре после Чаньи и нашла работу в столичном отеле, где проституция поставлена под строгий контроль. Рядом с гостиницей находились сауна и гидромассажные ванны, где могла получить место и Чанья.
