–Опытные мастера могут вызывать Кидо одним лишь номером и намерением. Но вы… вы даже не достойны называться учениками. Отбросы, не более. Будете произносить текст Кидо полностью. Иначе…
Внезапно она замерла передо мной. Её ноздри дрогнули, втягивая воздух.
– …иначе взорвётесь, как вот этот пустотелый мешок с костями, – её холодные пальцы щелкнули перед моим лицом. – Твоя реацу – жалкая капля. Как они вообще допустили тебя сюда? Если выпустишь хоть Шо – я лично поцелую твой труп.
Она кружила вокруг меня, как хищник, её пальцы с длинными ногтями, напоминающими когти, почти касались моего лица. – Твоя реацу – это жалкий ручеёк, где должен быть поток. Ты никогда не освоишь даже первый уровень. Максимум, на что ты способен – стать пушечным мясом на передовой.
Я даже не дрогнул лицом. Наработанные за недолгую жизнь инстинкты вопили об опасности возражений.
Занпакто Сиба не было видно, но это не значит ничего. Учителями Кидо не становятся за красивые глаза. Или их отсутствие.
Юримицу отшатнулась, будто отталкиваясь от моего присутствия, и вернулась к центру зала. – Нет никакого желания учить отбросов. Но правила есть правила. Даже мне приходится их соблюдать. Сегодня вы попробуете усвоить два простейших Кидо.
Она подняла руку, и пространство перед ней исказилось.
– Хадо №1: Шо. Ударная волна.
Её пальцы сложились в странное положение.
– Ток реацу должен идти вдоль ладони, оканчиваясь на кончиках пальцев. Полный текст звучит так: Дрожащий свет луны, разорви тишину, стань моим гневом – Шо!
В воздухе сгустилась прозрачная сфера, которая с резким хлопком выстрелила вперёд, сметая ряд манекенов.
– Обратите внимание на три составляющие: визуализацию, текст и контроль реацу. Пропустите хоть один элемент – и вместо врага уничтожите себя.
Юримицу хрустнула костяшками пальцев.
– Бакудо №1: Сай. Базовое связывание. Ток реацу с основание запястья, – её ладонь изогнулась в сложном жесте.
– Невидимые нити судьбы, опутай грешную плоть – Сай! Светящиеся нити энергии вырвались из её ладони, опутав оставшиеся манекены. – Это ваша страховка. Если не можете атаковать – хотя бы сковывайте.
Юримицу снова продемонстрировала оба Кидо, но теперь уже одним движением. Манекен сначала взорвался в облаке щепок, затем его остатки повисли в воздухе, опутанные светящимися нитями.
Правило 6: Если шансы против тебя – делай вид, что так и надо.
Я повторял это про себя, пытаясь выдавить из пальцев хоть каплю реацу.
Практика началась с жалких попыток. Большинство студентов смогли вызвать лишь слабые порывы ветра или едва заметные свечения. Но у меня… у меня не получалось вообще ничего. Только жжение в груди и странное ощущение, будто моя реацу утекает в какую-то бездонную яму.
Остальные студенты всё более уверенно бормотали заклинания. У кого-то уже получалось:
– Дрожащий свет… Шо! – слабый толчок воздуха сбивал манекену ногу.
В свою же сторону я услышал несколько смешков за спиной:
– Ха! Даже мой младший брат, который умер в прошлом году, справился бы лучше! – раздалось чье-то хихиканье сзади. Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Стать изгоем в первый же день обучения – малоприятная перспектива.
И тогда это произошло.
Студент слева от меня, тот самый пухлый паренёк с нервной улыбкой, запнулся на тексте Кидо:
– Бродящий… ээ… свет луны… или как там дальше…
Тишина.
Потом – влажный хлюпающий звук.
Его тело разорвалось изнутри, как перезрелый плод. Кровь, кишки и осколки костей разлетелись по всему залу. Меня отбросило взрывной волной, в ушах зазвенело, а перед глазами поплыли красные пятна.
Когда зрение вернулось, первое, что я увидел – Юримицу, стоящую посреди этого ада. На её безупречном кимоно не было ни пятнышка. Она выглядела так, будто находилась за невидимым барьером.
– Имбецил, – прошипела она, поправляя безупречный рукав. – Я же предупреждала.
Сибу внезапно хлопнула в ладоши, и остатки студента исчезли, будто их и не было. – Урок окончен.
Её слепые глаза вдруг остановились на мне.
– Ты следующий.
Я сглотнул.
Страшная истина такова. Неудача в Кидо – это не просто провал. Это русская рулетка, где вместо пули – собственные искажённые заклинания. И в моём случае шансы были ещё хуже – я мог либо остаться посмешищем, либо… взорваться, как тот несчастный.
Когда я, шатаясь, вышел из учебного корпуса, луна уже висела высоко в небе, отбрасывая синеватые блики на каменные плиты дорожки. В голове ещё звенело от сегодняшнего "урока", а руки непроизвольно дрожали. Тот кровавый хлопок похоже надолго поселится в моих кошмарах.
– Сутра.
Голос прозвучал прямо за спиной – холодный, ровный, без эмоций. Я резко обернулся и увидел его.
Мирай Касуми.
Четвёртый курс. Гордость клана.