Ох, эта ухмылка… не понимаю, как у меня получилось сдержать стон. Да, Мастер разрешал мне командовать и охотно подчинялся, но от этого становилось всё хуже. Не оставалось никаких сомнений, что его покорность – лишь ловушка, в которую меня затягивало с головой.
Я чувствовала себя мышкой, которой кот пока ещё позволяет поверить в то, что она легко может сбежать. Но на деле и он, и она понимают, кто определяет правила игры.
Мастер медленно, демонстративно спустил с плеч халат, позволив ему упасть на ковёр. Я мысленно застонала. Как чувственно это было!
Лишь после этого дракон без особой спешки развернулся ко мне спиной, выпуская, наконец, из ловушки своего взгляда. Вовремя! Ещё немного – и у меня просто не осталось бы сил сопротивляться.
Ну почему ты не можешь быть таким же холодным и равнодушным, как раньше?!
Ладно, теперь хотя бы не нужно переносить его взгляд… И всё равно это непросто. О, Мастер не собирался облегчать мне задачу! Необходимость дотрагиваться до широкой спины красивого и наполовину обнажённого мужчины, который откровенно нежился под моей рукой, словно кот, – как это вынести?
Он так явно и неприкрыто наслаждался процессом… гад! Вредный драконище! Наверняка делает это нарочно!
Да, он был чертовски эффективен в любой атаке! А сейчас его целью определённо было атаковать моё самообладание. И он справлялся со своей задачей на двести процентов.
Радовало только то, что решётка продолжала исчезать значительно быстрее, чем вчера. Но вчера не было этого ощущения, что ладонь буквально сплавляется с кожей, а всё моё тело сладко и болезненно откликается на каждое прикосновение.
– Вижу, сегодня ты полна сил. Это хорошо, – донёсся до меня голос Мастера.
Так, не слушай, Эля, просто не слушай! И, умоляю, постарайся не представлять ничего лишнего! Он ведь имеет в виду, что мои силы нужны лишь для снятия решётки, да? Ах, если бы я сама верила в то, в чем пыталась себя убедить…
И всё же без взгляда было чуть легче. Однако Мастер не собирался позволять мне расслабляться.
– Решётка покрывает всё моё тело, кроме головы, кистей рук и ступней. И убрать её придётся отовсюду, – провокационно напомнил он, когда я уже почти закончила очищать спину и оставшуюся часть предплечий. Необработанным остался лишь крошечный участок кожи над линией брюк.
Я вздрогнула и судорожно сглотнула, осознав, как он ждёт этого момента, когда более-менее приличные поверхности закончатся и мне придётся прикасаться… там. Ох, а ведь я так отчаянно пыталась не представлять себе этого! Однако гадкий дракон расчётливо заставлял моё воображение выходить из-под контроля. Каждая его атака достигала цели и выбивала почву у меня из-под ног.
Я призвала на помощь злость, попытавшись вспомнить все моменты, когда Мастер давил меня взглядом, когда подозревал во всех грехах и собирался безжалостно вышвырнуть меня из бара.
Да, буду злиться! Пусть нездоровое возбуждение перерастёт в ярость…
– Снять штаны? – с насмешливой заботой уточнил Мастер, одним ударом разрушив ту хлипкую преграду, которую мне только-только удалось выстроить. Уточнил в тот самый момент, когда под моей ладонью исчезал последний участок решётки на пояснице. После этого на открытых участках тела уже почти нечего будет очищать.
– Не надо, – аж охрипла я.
Если он снимет штаны, мне конец.
– Не надо? – хрипловато чувственно рассмеялся Мастер. Рассмеялся так, что у меня всё тело покрылось мурашками. – Чего ты боишься, Эля?
И снова моё имя он произнёс по-особенному, со вкусом и удовольствием. Он будто перекатывал его во рту, как карамельку. Боюсь, даже если мне удастся выбраться отсюда, до конца жизни мне будет сниться его это негромкое вкрадчивое: “Эля…”
Никогда не думала, что произнесение имени может восприниматься, как ласка, причём очень откровенная. Ведь откликаются на это конкретные участки тела…
Надо немедленно что-то придумать! Если не придумаю, он и в самом деле снимет штаны. Есть ли возможность как-то отсрочить момент?
Я резко села на корточки и, отодвинув ткань брюк, обхватила руками лодыжку. Брюки очень свободные, так что вполне можно будет задрать их как минимум до колена, а это ещё хоть немного отсрочит момент и поможет хоть немного успокоиться.
Мастер снова рассмеялся. Ох… Я закусила губу, чтобы не застонать вслух. От его потрясающего смеха тело прошило сладкой судорогой, аж ноги ослабли. Не в силах сидеть на корточках, я упала на колени. К счастью, подо мной был мягкий ковёр.
Чтобы сосредоточиться на работе, мне потребовалась вся моя воля. Мастер определённо раскусил меня – ведь сегодня я завалила все проверки. Если бы мне было на него плевать, то слова о том, что он снимет штаны, оставили бы меня равнодушной. О, он прекрасно знал, что со мной творится! И осознание этого факта тоже лишь усугубляло моё состояние.
До какого момента он позволит мне поступать так, как я хочу? Что-то определённо назревает… Я будто прогуливалась по морскому берегу, точно зная, что через пару минут здесь всё сметёт ураганом.