Я думаю, что основной эмоцией советской культуры для детей была меланхолия, печаль. Вроде бы много вещей там было смешных, и даже обязателен был элемент комизма, поскольку знали, что дети любят смешное и их нужно смешить. Тем не менее постоянно присутствовал привкус печали. Вспомним такие шаблоны, как «чуть-чуть печальная и добрая улыбка сказочника» или «немного печальный и мудрый взгляд» человека, который рассказывает ребенку сказку. Образ человека, обращающегося к ребенку, пропитан печалью. Это печаль знания – та самая Меланхолия, которую изобразил Дюрер. Человек рассказывает ребенку сказку, которая сама по себе милая и даже смешная, но он утаивает от ребенка некое важное знание, и это знание о смерти. Поэтому рассказчик печален. Он рассказывает ребенку про принцессу и про слоника, но про то, что маленький слушатель умрет, не рассказывает. Эта меланхоличность пронизывает советскую культуру для детей. Чем глубже эта детская культура политизирована, чем теснее она связана с коммунистической идеологией, с темами Революции, государственного переворота и социальной несправедливости, тем острее ощущается в ней печаль. То есть эта печаль есть не только психологический фон, она есть еще и политический и даже экономический message. Хочется вспомнить такую известную сказку, как «Три Толстяка». Сказка написана Юрием Олешей, сказка о Революции. Эта сказка заканчивается словами, которые на меня в детстве оказывали леденящее воздействие. Именно резкая печаль, которая содержится в этих словах. Главными героями сказки являются дети, Суок и Тутти. Это разлученные брат и сестра. Тутти – наследник власти Трех Толстяков, власти капиталистической, которая будет в сказке свергнута. Суок – это девочка, которая растет в цирковом балагане. В ходе сказки выясняется, что их отец, некий загадочный мастер Туб, был заключен Тремя Толстяками в клетку и помещен в зверинец, где потерял человеческий облик, превратившись в звероподобное существо. Три Толстяка взяли на воспитание его сына, стремясь взрастить его так, чтобы он вырос безжалостным и бессердечным. Они разлучили мальчика с сестрой, поскольку не хотели, чтобы он общался с живой девочкой и тем самым становился человечным. Они заменили ее Куклой, точной копией самой девочки. И до той поры, пока существует эта Кукла, действует власть Трех Толстяков. Если читать сказку внимательно, мы обнаружим, что Кукла не только идеально двигается, но даже и растет, изменяется со временем. Чем больше становится мальчик Тутти, тем больше становится его механическая сестра. Единственное, чего она не может делать, – это говорить. Механизм власти Трех Толстяков заключен в Кукле. Поломка этого механизма происходит тогда, когда трое революционно настроенных гвардейцев начинают истязать Куклу. На глазах у потрясенного Тутти они колют Куклу саблями, восклицая при этом: «Так мы поступим со всеми богатыми, со всеми изнеженными». Этот страшный поступок ломает Куклу и разбивает сердце маленького волчонка Тутти. И этот поступок становится началом революционной волны. Дальше мы видим, что двор Трех Толстяков, да и сами Три Толстяка не обращают никакого внимания на развитие революционной ситуации в их государстве, все их внимание сосредоточено только на одной проблеме – как починить Куклу наследника Тутти. Кукла, в процессе попыток ее починить, теряется, причем этим делом начинает заниматься учитель танцев Раздватрис, который тоже ключевая фигура сказки, поскольку имя его является фактически перечислением Трех Толстяков. Кукла утеряна, и в этот момент учитель Раздватрис видит живую девочку Суок, которая выглядит точно так же, как утерянная Кукла. Подобие заменяют оригиналом. Суок входит во дворец, в зону власти, под видом своего собственного подобия. Она, будучи актрисой и циркачкой, изображает Куклу, которая когда-то призвана была изображать ее саму. Эта двойная инверсия и является главным революционным событием. Проникнув во дворец под видом своего подобия, Суок вскрывает механизм власти. В конце сказки выясняется, что означают имена детей. Эти имена даны на языке обездоленных. Последнюю фразу произносит мастер Туб, он говорит: «Прости меня, Тутти, что на языке обездоленных значит „разлученный“. Прости меня, Суок, что значит „вся жизнь“».
