Княжич хмыкнул:
— Ладно. Дело тут такое. Не у всех есть кому нести их вещи, а среди нас присутствуют девушки. Сам понимаешь, они долго не протянут, и я, как староста курса, прошу тебя занять активную позицию. Понести вещи тех, у кого нет слуг.
Я выглянул из-за его плеча. Позади лежала нехилая такая кучка чемоданов и сумок. Между прочим, никто не просил тащить с собой столько вещей. Я вон вообще одним рюкзаком ограничился.
— И ты хочешь, чтобы я сыграл роль слуг для всех разом?
— Ага! — радостно кивнул Медведев. — Ну то есть не совсем. Ты как-то превратно всё понял…
— Я понял, что ты хочешь жар чужими руками загребать. Легко быть добреньким за чужой счёт.
— Дубов прав, — вмешалась Лакросса. Она тоже ограничилась одним рюкзаком, причём весьма удобным. Внутри у него был встроенный металлический каркас, который повторял изгибы её спины. — Мой народ издревле живёт в горах и знает, чего может стоить лишний грамм веса. Что, если колени Дубова не выдержат нагрузки к вечеру? Кто тогда его потащит? Вы, княжич? Разве что день повышенной нагрузки для ног никогда не пропускали в тренажёрном зале. Вы не пропускали?
Медведев насупился, спрятав недовольную ухмылку в бороде.
— Всякое бывало, сударыня. Как скажешь, Дубов. Я был о тебе более высокого мнения.
Он развернулся и пошёл к куче сумок, а я не стал его останавливать. Если княжич настолько туп и самонадеян, что готов ради сиюминутного одобрения других своим здоровьем жертвовать, флаг ему в руки.
— Ну, все готовы? — сквозь толпу студентов прошёлся Сергей Михайлович, а затем встал спиной к тропе между двух куцых деревьев. — Тогда идём колонной по двое. С погодой нам сегодня не повезло, так что не теряем из вида впереди идущего. Впереди иду я, в середине два сотрудника академии, замыкают ещё двое. Так что отставших быть не должно. Вперёд!
Сергей развернулся, поправил рюкзак и шагнул на тропинку. Народ медленно потянулся за ним, разбиваясь на пары. Автобусы позади взревели моторами и укатили, разрезая туман лучами фар. Позади меня шла Лакросса с Северовым, впереди Онежская со своей нянькой, которая пыхтела под весом сумок, но не ныла при этом. Крепкая баба, однако! Ещё чуть впереди видел одинокую гружёную спину княжича Медведева. Ох, чую, впереди ещё проблемы с этой его напускной самоуверенностью.
Через час пути распогодилось, выглянуло солнце. Оказалось, что время уже перевалило за полдень, и Сергей Михайлович скомандовал небольшой привал. Некоторые слуги тут же решили распаковать походные кухни, чтобы начать готовить, но учитель запретил им это делать. Перекус, и только. Нужно пройти ещё много километров, прежде чем поставить лагерь и позволить тратить время на готовку.
Куда ни глянь, повсюду высились горы. Их склоны были усыпаны снегом и покрыты зелёными лесами. Облака плыли по небу, отбрасывали огромные тени на вершины. Красота неописуемая. А свежий воздух приятно холодил грудь.
Через четверть часа привал закончился, и мы пошли дальше. Чем выше забирались, тем холоднее становилось, но меховая жилетка и природная сопротивляемость холоду меня спасали. Правда, на других они не распространялись…
— Коля, я замёрзла! — вдруг повернулась ко мне княжна и заявила плаксивым голосом.
О, нет.
— Ты обещал, — она прищурилась, — что будешь меня обнимать, когда я замёрзну.
Я вспомнил. Действительно обещал после того, как спас её из горной реки. Она тогда чуть сама себя не убила. Тогда я взял её в руки и взвалил на плечо кверху задницей. Но цивильно! Шерстяная юбка прикрывала её небольшую попку от всех.
Она заколотила меня кулаками по спине:
— Я думала… апчхи! ты возьмёшь меня на ручки!
— А это в моём обещании не обговаривалось.
Почувствовал, как Василиса упёрлась локтем мне в спину. Наверняка, пыталась сделать вид оскорблённой и обиженной барышни. Уверен, что вниз головой это смотрелось ещё более потешно, чем я мог представить. Ну и поделом! В конце концов, выбор-то за ней. Если захочет дальше идти сама, то я её на землю поставлю, и пусть топает.
Но она не захотела. А потом вовсе расслабилась и повисла, как полотенчико. Заснула, похоже. Тамара Петровна, кстати, не возражала. Ей вполне доставало забот с сумками.
Кому ещё их хватало, так это Медведеву. Через час пути его спина промокла от пота насквозь. А ведь стало уже довольно прохладно! Но упрямец пыхтел и нёс свою ношу. При этом ни одна из тех дворянок, что скинули на него свою поклажу, даже не предлагали забрать свои вещи. И зачем он только согласился? Княжич же! Ещё и слуг своих не взял. Если они были, конечно.
Ещё через час Медведев начал прихрамывать. Через полчаса едва слышно постанывать при каждом шаге. Мда, вот и сдулись его колени. Я подошёл к небольшой ёлке и коснулся её, попробовал попросить о просьбе — дать мне палку, которая сгодится для посоха. На удивления она согласилась! И наклонила одну из голых ветвей. Отломил её, очистил от сучков и почувствовал, что палка вышла довольно крепкой. Как мало я ещё знаю о своём Инсекте.
