Я подошёл к углу. Напротив стоял столик с чёрной вазой и белой салфеткой под ней. В отражении и увидел четырёх человек с автоматами. Они медленно подбирались к повороту. Позади них видел ещё несколько голов. Да и эти четверо больше мешали друг другу. А за ними коридор кончался дверью.
Отлично. Лакросса на кровати, значит, стрелять буду на уровне их голов.
Я напитал маной револьвер так сильно, что руны на стволе ослепительно засияли. Опустился на корточки и высунулся. Враги ожидали увидеть мою голову несколько выше, поэтому им пришлось потратить пару мгновений, чтобы прицелиться снова. Но я в этот момент выстрелил. Пуля вылетела из горячего ствола, объятая пламенем маны.
Враги успели уклониться, и выпущенный свинец пролетел мимо. Но в людей я и не целился. Мне нужна была дверь. Пуля размером с небольшой артиллерийский снаряд разорвала деревянное полотно. За ней, как хвост у кометы, пролетел мощный поток маны и увлёк людей. Их закрутило, будто они попали в смерч или мясорубку, раздались крики и отчётливый хруст костей. Это они ещё легко отделались.
Ох и убийственная пушка! Хорошо, что патронами закупился! Правда, потратил на этот выстрел почти всю ману.
В ушах от выстрела в узком пространстве зазвенело. Пожалуй, так ведь и оглохнуть могу.
Побежал дальше, перепрыгивая охранников. Они лежали, как сломанные игрушки.
— Меня кто-нибудь слышит? — кричала рация на поясе. — Доложите ситуацию! Где противник? Эй, кто-нибудь!
Никто не отозвался. Значит, все остальные либо ранены, либо свалили. И правильно: так хоть жить останутся. Возможно, ненадолго.
А я видел перед собой только дверной проём. В нём ещё стояла пыль, потому что после двери пуля разнесла и стену за ней. Я вбежал внутрь, чихая и кашляя.
— Лакросса! — позвал я.
Ответа не было целую секунду. Затем пыль рассеялась, и я увидел…
— Не подходи, или я пробью ей голову! — кричал герцог Карнавальский.
Видок у него был… омерзительный. Какой-то корсет, кожаные трусы, высокие ботинки. Сама комната маленькая. Почти всю её занимала кровать. На ней лежала привязанная буквой Х почти голая девушка с кляпом во рту, а над ней нависал герцог с молотком.
— Ох, герцог, что ты, бл*ть, такое? — скривился я и топнул ногой. Вложив в это всю злость, что кипела внутри.
Пол комнаты резко просел на десяток сантиметров. Всего на миг Карнавальский завис в воздухе с непонимающим взглядом. Мне этого хватило, чтобы рвануться вперёд и ударить гада в грудь. Тело герцога мгновенно покрылось плёнкой. Защитный артефакт. Только вот плёнка не держала форму, а просто не рвалась. Так что герцог всё равно ощутил на себе всю мощь моего кулака.
От удара его впечатало в стену. Та покрылась паутиной трещин, и он повис в ней, как пойманная муха. Грудную клетку смяло, глаза покраснели, а изо рта закапала густая кровь с пузырьками. Ублюдок доживал последние секунды и понимал это.
От его агонии испытал мрачное удовлетворение. Через секунду уже выкинул его из головы и подошёл к Лакроссе. Вынул кляп из её рта. Она тут же извернулась и смачно плюнула в герцога. После этого Карнавальский испустил последний вздох.
— Выродок! — прокричала она.
— Он успел что-то сделать с тобой? — спросил я, развязывая её.
Оркесса тяжело дышала, а по лбу у неё стекала кровь. Вскоре я понял, что это кровь герцога, которая выплеснулась у него изо рта во время удара.
— Нет, — процедила Лакросса, — но собирался. Разбей кольцо у него на пальце. Оно сдерживает Инсекты.
Ага, мой сдерживает что-то другое. А он бы мне сейчас пригодился. Ничего, скоро разберусь. Сперва закончим здесь.
Увидел на пальце Карнавальского кольцо и раздавил его каблуком вместе с ладонью. Мелкие кости хрустнули под пяткой.
Затем освободил руки и ноги Лакроссы. Она резко вскочила, и в её руке появилось копьё.
Я только успел услышать звук передёргиваемого затвора, когда девушка, рыча, метнула копьё. Оно пробило человека в чёрной броне насквозь и пригвоздило к стене на противоположном конце коридора.
— Ого! — похвалил я. — Ты научилась делать копья тяжелее…
Я обернулся как раз в тот момент, когда Лакросса бросилась мне на шею с едва слышным всхлипом. А затем впилась в мои губы. Её были твёрдыми и настойчивыми. Еле смог оторвать её от себя — сейчас не время и не место.
— Красный, — сказал, глядя на размазанную по её лицу кровь врага.
— Что?
Я ухмыльнулся, опуская её на пол.
— Цвет платья для бала должен быть красный.
— Нашёл время о платьях думать, — улыбнулась Лакросса. Она дышала глубоко и ровно, как человек, который испытал гигантское облегчение.
— Ты же нашла время для поцелуев.
— Дурак! — Оркесса легонько стукнула меня по руке, но у самой на бронзовых щеках появились тёмные пятна румянца.
Вдруг из коридора послышались торопливые шаги. Будто бежало сразу несколько человек. Новый отряд охранников?
Я тут же направил туда револьвер, а Лакросса — копьё. А из поворота сначала появилась грудь четвёртого размера, а затем сама Вероника. За ней спешила на всех парах зелёная мелочь Агнес.
— Господи-и-ин! — вопила брюнетка. — Вы в порядке! Ура!
