И тогда янычары заметили меня. Красные тюбетейки повернулись, ружья дёрнулись, но слишком поздно. С Альфачика я быстро перелез в кузов, вышвырнув одного солдата, а следом и второго. Уставший Лютоволк, не привыкший к такой нагрузке, тут же отстал. Зато Гоша не отставал. Паук оказался удивительно выносливым и быстрым. Плюнул паутиной в колёса соседней машины: от резкой остановки колёс та взлетела в воздух и, кувыркнувшись несколько раз, впечаталась в сырую землю. Расплескавшееся топливо тут же вспыхнуло распустившимся огненным цветком.
В это же время я разобрался с оставшимися двумя янычарами, так же выкинув их наружу, и вырвал переднее сиденье. Водитель успел дёрнуть руль, и машину опасно завертело по скользкой грязи. Я едва не вылетел из неё, в последний момент ухватившись за ветровое стекло. После чего занял место водителя и с трудом выровнял автомобиль.
Впереди мелькало ещё несколько машин. Их экипажи из-за раскатов грома и шума ливня не знали, что происходит сзади. Я нагнал одну, вжал педаль газа в пол и врезался ей в зад. Вражескую машину тут же замотало по скользкой от бегущих ручьёв дороге.
В темноте мимо проносились одинокие деревца, сумевшие прорасти на каменистой почве этого места. Машина, которую занесло, окончательно слетела с дороги и врезалась в такое дерево. Янычары разлетелись, как кегли.
Осталось ещё два автомобиля. Эти уже меня заметили, замедлились и зажали с двух сторон, обстреливая из ружей. Мне-то свинцовые пули ничего не смогли сделать, потому что я сразу же призвал дубовый Инсект, но могли повредить машину. Пули градом стучали по железу и по мне. Мотор вскоре отчаянно задымил.
Я выхватил пистолет, который держал в кобуре, но выстрелить не успел. Один автомобиль подорвала толстая жёлтая молния, а второй накрыло сочным плевком из паутины, и машина, потеряв управление, улетела в небольшую расселину справа. Оттуда через несколько секунд показалось оранжевое зарево огня.
С преследователями было покончено. Моя машина на последнем издыхании вкатилась в небольшой подлесок из кустов орешника и заглохла. Чихающий мотор смолк, и слышался только шум дождя и звук капель, барабанящих по металлическому корпусу. Лагерь османов остался позади. Новых преследователей видно не было.
— Агнес! — крикнул я, углубляясь в подлесок.
С помощью магического зрения примерно знал, в каком направлении искать своевольную зелёную полторашку.
Если я вижу её магический фон, значит, она еще жива. Надеюсь, не ранена.
— Агнес! — снова позвал я.
На этот раз ответом стало сдавленное кряхтение.
Э?
Я поспешил на звук и обнаружил гоблиншу, застрявшую в большом зелёном кусте. Надутым шаром она влетела в него, и её зажало упругими ветками.
— Коля? — простонала она, силясь куда-то достать рукой. Но плотные ветки не давали ей это сделать. — Кажется, я запуталась. Не могу достать до шнурка, который сдувает подушку безопасности.
— Сама ты как подушка! — рявкнул я, пытаясь скрыть радость, что с ней всё в порядке. Дурочка вообще хоть поняла, что чуть не погибла?
Она и правда запуталась. Густые ветки сковали движения её рук. Девушка попыталась использовать свой дар и дотянуться до шнурка с колечком на конце, который свисал с неё где-то в районе талии. Если у шара вообще может быть талия. Но её рука уже запуталась и завязалась в несколько узлов вокруг густых ветвей.
— Сама распутаешься? — уточнил, пока ещё не дёргая за колечко.
— Проще пареной репы! — Агнес начала втягивать удлинённую руку обратно, но та вдруг застряла. — Ладно, не проще…
Всё-таки ей удалось это сделать, пусть и не сразу. Растянутая, как расплавленная резина, рука медленно и аккуратно возвращалась на место. Альфачик с озорным любопытством следил за ней, а Гоша, стоявший позади Агнес так, что она его ещё не видела, будто прицеливался к торчащим из надутого шара ступням. Причём ботинок на Агнес был почему-то один. Второй где-то потерялся.
— Нельзя! — рявкнул я, когда две лапы паука потянулись к зелёной ножке.
Вот ведь, а. Придётся его ещё манерам поучить.
— Чего нельзя? — опешила Агнес, решившая, что это я ей.
— Ничего, — отмахнулся. — Тебе всё можно.
— Почаще бы такое слышать… Всё, готово!
Зелёная мелочь выпутала руку из деревянных захватов, и я дёрнул за кольцо. Подушка безопасности, состоявшая из нескольких секций, медленно сдулась и втянулась обратно в кожаный комбинезон Агнес. После чего я помог ей выбраться из куста.
— П-п-паук! — мгновенно заело её, стоило девушке заглянуть мне за спину.
— Ага, — пожал я плечами, — это Гоша.
— Г-г-гоша… — повторила она, как заведённая. — Т-т-такой большой… п-п-паук… — Она обратила свой взор ко мне: — Я не люблю пауков!
— Этого можно полюбить. Он помог тебя спасти и совсем не собирается тебя есть. Правда, Гоша?
Последнее я произнёс с нажимом, глядя на паука. Тот понуро опустил пузико на землю. После этого Агнес немного успокоилась, а затем поняла, что промокла насквозь и продрогла, отчего тут же начала отстукивать зубами чечётку. Дождь продолжал лить с неба, а раскаты грома хоть и отдалились, но по-прежнему оглушали.
