– Хотел совместить приятное с полезным. Я по делу Крафта, – понизил голос Пахомов. – По нашим данным, вчера утром, примерно за час до моего прихода, от Крафта выходил мужчина в шляпе и плаще. Почти бегом спустился по лестнице, сел в серый «Трабант» и уехал.
– Опрашивали соседей?
– Да, и соседей опрашивали, и осведомителей военной контрразведки. Только мало кто что-то мог сказать из них. В основном поделилась увиденным пацанва, что находилась во дворе.
– Интересно.
– Интересно. Сотрудники госбезопасности ГДР довольно быстро обнаружили тот самый «Трабант» и владельца автомобиля – женщину, разменявшую восьмой десяток лет – Магду Шменкель, которая работает медсестрой в госпитале. Ее допросили.
– Оперативно.
– Вы же знаете, как они умеют работать? Женщина сообщила, что у нее есть друг, который вчера брал ее машину, так как свою отдал в ремонт. Так вот умеют люди. Женщина в преклонном возрасте, а даст фору молодым. Водит автомобиль, встречается с «другом», работает.
– Вот как? Его нашли?
– Тут-то и начинается самое интересное. Нашли. Некто Герхард Шульц, бывший антифашист. Пациент госпиталя, в котором трудится Магда Шменкель.
– Он приезжал к Крафту?
– Да. Со слов самого Шульца, Крафт позвонил в госпиталь, в котором тот лежал, и попросил срочно приехать к нему, они, оказывается, друзья юности. Шульцу ничего не оставалось, кроме как уговорить Магду одолжить автомобиль и по возможности прикрыть его временное отсутствие.
– Ну и?
– Ну и самое интересное – этот самый Шульц, так же как и другие свидетели, говорит, что когда он поднимался на третий этаж, навстречу ему буквально слетел по ступенькам какой-то мужчина в сером плаще и шляпе. Шульц – человек старый, болезненный, шел с трудом и лица разглядеть не успел. Добравшись наверх, он увидел открытую дверь квартиры, вошел и застал страшную картину – лежащего на полу с разбитой головой бездыханного Крафта, хотел было вызвать «Скорую» и позвонить в полицию, но разбитый телефонный аппарат с оборванным шнуром валялся на полу в кухне. Тогда Шульц решил позвонить из уличного таксофона. В сильном волнении спустился во двор и… тут вторая напасть! – автомобиль, за рулем которого он приехал к Крафту, исчез с места парковки. Шульцу стало плохо с сердцем. Он обратился к дворовым ребятам, те сказали, что на ней уехал какой-то дядя в плаще и шляпе. Все, на что хватило у Шульца сил, – это добраться до телефона-автомата и позвонить Магде Шменкель. Вскоре та приехала за ним на такси и полуживого увезла в госпиталь.
– Ты с ними не беседовал?
– Нет. Показания свидетелей запротоколированы, а сами Шульц и Шменкель отпущены под подписку о невыезде.
– Эдик, как ты смотришь на то, чтобы навестить Шульца в госпитале?
– А заодно и фрау Шменкель?
– Конечно.
– В машине у Володи лежит пакет с яблоками для Шульца.
– У Володи?
– Да. Я попросил его сегодня покатать нас по Берлину.
– Зоя Ивановна, рад вас снова видеть, – широко улыбнулся Владимир, когда к машине подошла Воскресенская.
– Я тоже рада тебе, Володя, – приветливо ответила она.
– Едем в госпиталь. Трогай, брат, – шутливым тоном распорядился Пахомов.
– Будет сделано, ваше превосходительство, – в том же духе отозвался водитель.
Молодая работница регистратуры, выслушав безукоризненную немецкую речь Эдуарда Прокофьевича, вежливо ответила, что через минуту к нему подойдет сестра из терапевтического отделения. Так и произошло. Вскоре из боковой двери появилась худенькая девушка в голубом медицинском костюме и шапочке, подошла к Пахомову и, кивком ответив на приветствие, произнесла:
– Вы спрашивали Герхарда Шульца? Дело в том, что он сегодня утром выписан за нарушение режима пребывания в госпитале.
– Но у него больное сердце…
– Его состояние удовлетворительное, он направлен на амбулаторное лечение по месту жительства.
– Извините, а можно увидеть медсестру… Магду Шменкель?
– Она с сегодняшнего дня в отпуске.
– А как с ней связаться?
– Я не могу дать ее телефон или домашний адрес без согласования.
– Согласования с кем?
– Извините, с вашей просьбой лучше обратиться в администрацию госпиталя.
– Где находится администрация?
– Извините, но сегодня уже вы никого не застанете. Все руководство, за исключением дежурных врачей, после обеда на научной конференции. Приходите завтра с утра, вам ответят на все вопросы и помогут их решить. До свидания.
Когда медсестра ушла, Эдуард Прокофьевич вновь подошел к окошку регистратуры и, попросив телефон Шменкель, показал удостоверение сотрудника Штази. Без лишних разговоров заполучив телефон, а заодно адрес медсестры и ее друга, Пахомов наклонился и тихо произнес:
– О моем визите к вам прошу не распространяться. Никому. Вы меня понимаете?
– Конечно, товарищ.
По пути Зоя Ивановна попросила Владимира заехать во двор дома, в котором проживал Крафт, и не удержалась от вопроса к Пахомову:
– Откуда удостоверение?
– Выдано в рамках партнерских связей между КГБ и Штази.
– При мне такого не было. Молодцы. Эдик, когда приедем, поднимись к соседям, поговори, может, кто-то из них еще что-нибудь вспомнил. А я с обитателями двора пообщаюсь.
