— Нет! Студенты не будут учить заклятия! Ни первокурсники, ни вообще никто!
— Профессор, — Найджел чувствовал, что женщина готова взорваться и прекратить дополнительные занятия. К тому же она уже делала намеки о «лишних» занятиях у младшекурсников. Шагнув ближе, он понизил голос: — Если вы думаете, что группа Поттера бросит на амбразуру первокурсников, то вы ошибаетесь. Там нет никого младше третьего курса. А своих подопечных я ему точно не отдам. Лучше сам прибью.
Но первокурсники должны уметь удивить противника. И желательно, чтобы противник не смог их потом догнать.
Женщина сопела, испытующе глядя на парня почти минуту. Но наконец отошла к столу и начала собирать пергаменты, разложенные на столе.
— Делать исключения — это нарушать правила. Но… учитывая особые обстоятельства я, как генеральный инспектор, разрешаю вашей группе изучать эти… заклятия.
— Благодарю вас, профессор!
К счастью, занятие закончилось без особых проблем. Отправив первокурсников в гостиную, парень пошёл по коридору в другую сторону и вскоре зашёл в один из пустующих кабинетов. Там он положил сумку на стол и уткнулся лбом в стену, скрипя от злости зубами.
«Чёрт-чёрт-чёрт! Я, конечно, знал из сообщений мисс Скитер, что всё плохо, но что настолько… Да какое к чертям «брожение умов»?! Это же настоящее сумасшествие! Министерство не боится оппозиции? Да оно параноидально выискивает врагов, готовое броситься на всякого, кто не прогнет спину! — Ударив кулаком пару раз в стену, Найджел почувствовал лёгкое облегчение. — Я знал, что будет трудно, но чтобы так… Это какое-то безумие».
Постояв так ещё минут пять, староста подобрал сумку и направился в библиотеку. С недавних пор он предпочитал заниматься именно там.
— Профессор, можно?
— Тафнел? — Снейп поднял взгляд от бумаг на столе и нахмурился, увидев у входа в класс знакомого хаффлпаффца. — Я вас оставлял на отработку?
— Нет, сэр.
— Так что вы тут забыли?
— Пришёл отдать подарок, профессор.
— Не нуждаюсь.
— И всё же я настаиваю.
— Оставьте и идите. У меня ещё масса дел.
— Да, сэр.
Дождавшись, пока студент положит коробку на стол и дойдёт до двери, мужчина всё же окликнул его.
— Мистер Тафнел… Я, кажется, просил не играть с профессором Амбридж, не так ли?
— Да, сэр. Просили, — парень чуть ли ножкой не шаркнул.
— И тем не менее до меня доходят весьма странные слухи. Вроде как вы вступили в Инспекционную Дружину. А по одной из последних — вы торговались с генеральным инспектором и вытребовали себе очень много. И даже заставили её принести клятву.
— Земля слухами полнится, профессор. Не всё, что говорят — правда.
— Вот как. Что же… Идите. И следите за дисциплиной. Цель Инспекционной Дружины именно в этом.
— Да, профессор. Всего хорошего.
Стоило студенту скрыться в дверном проёме, как Снейп, проверив подарок на пару тройку самых распространенных проклятий, открыл коробку. Внутри была пара чёрных перчаток, обшитых серебрящейся нитью, и записка.
Отложив в сторону подарок, он с лёгким любопытством развернул лист бумаги, так часто использующейся магглорожденными студентами.
«Профессор Снейп, Счастливого Рождества! Этот небольшой презент — благодарность за то, что Вы пытаетесь нас чему-то научить. Перчатки немного зачарованы на поддержание тепла, так что Ваши руки не будут мерзнуть. Спасибо Вам.
Уважающий Вас
Найджел Тафнел
P.S: И спасибо Вам за уроки окклюменции!».
Листок мужчина тут же было смял в руке и отправил в мусорку. Схватив перчатки, замахнувшись было, зельевар замер и, промедлив мгновение, аккуратно сложил их и сунул в карман.
«Тафнел… Вы самый невыносимый из всех знакомых мне людей! Вы хуже Поттера, Блэка, хуже Люпина с его невыносимо довольной лыбой! Хуже Дамблдора и Волдеморта! Всех их я могу хотя бы ненавидеть без проблем!»
Именно это и было основной проблемой. Испытывать ненависть к пятикурснику-хаффлпаффцу, который в первые годы смотрел на него как на небожителя, а в последующие — с большим уважением, чем на директора, а это показатель, не получалось.
А причины были. Его глупость, что он старается ради людей, которые это никогда не оценят. За его наивность, заставляющую сомневаться в наличии у того ума как такового. За эту слепую веру в людей.
Хотя стоило признать, что иногда он проворачивал очень изящные финты. Вроде того, с Драко и его отцом. Ведь Люциус, решив, что он самый умный, попытался втереться в доверие к Тафнелу. Тот же, узнав, что отец Драко хорошо разбирается в юриспруденции, начал отправлять ему все письма с приглашениями в ученики и договоры о заказах. И если договоры он просто копировал, без уточнения о деталях заказа и имен заказчика, то ученические договоры уходили, что называется, «полностью заряженными». После пары промахов Люциус стал автоматически кидать поисковое заклятие на всю почту, которая приходила к нему в дом.
Хотя мужчина терялся в догадках, как именно отец его крестника скрывает письма магглорожденного от Повелителя, но это всё же были его проблемы, и Снейп не стал сильно об этом беспокоиться. Чай не маленький.
