– Ну, вот и хорошо. Вот и ладушки, – с лёгким смешком проговорил будущий президент, – а теперь о главном. Посмотрите последнюю перепись населения. Семьдесят процентов населения Москвы – мусульмане. Но этот вопрос оставим пока открытым. Но хочу напомнить, что и слово «Москва» вовсе не славянское, а угро-финское. Так что русского в Москве очень мало. А вот и Петербург – Название – вообще немецкое, а что касаемо русского населения, так там совсем его нет. Одни немцы, да евреи».
Валентин Валентинович хотел ещё добавить, что ничего не имеет против евреев. У него самого первая жена была еврейка. И лучший друг, правда, в детстве был Шульц. Но трезвая мысль вовремя остановила эти его откровения: «Не надо путать личное с политикой. Президентская компания выжигает всё прошлое». Вот эту последнюю мысль он слышал от какого-то журналюги, явно из демшизы. Но как, однако, вовремя она явилась ему. У врагов надо учиться правилам войны. Захотелось даже захохотать.
И ещё надо бы сказать, что есть истинно русский город Ярославль – вот наша столица России. И когда будет президентом, непременно этот вопрос подымет. А то, что он непременно станет президентом, почему-то никакие сомнения не закрадывались.
Но откуда-то с галерки, где сидела группа левых националистов, премьеру об этом было своевременно доложено, раздались немногочисленные, но отчаянные хлопки. И чуткий слух ВКП(б) уловил, нынче совсем неуместную фразу, долетевшую оттуда: «Бей жидов, спасай Россию». Пришлось опять кивнуть «кому надо» и показать на галерку.
Но тут выскочил как чёрт из табакерки журналист Эразм Пинкус.
– Какие евреи! – завопил он.
Как он надоел уже всем. Ещё «Парламентским вестником» за прошлый месяц размахивает.
– Вот в этой газете черным по белому написано, что евреев у нас нет, – до неприличия громко кричит Эразм Пинкус.
Но Пинкуса вовремя одёрнул за воротник человек «в сером» и прошептал ему на ухо: «Пинкус, когда приходишь в сауну с девками, ты или крест сними, или трусы надень».
А ВКП(б) говорит уже суровую правду. Мол, совсем обезлюдили наши русские Сибирь и Дальний Восток. Узкоглазые китайцы уже начинают заселять наши земли. Вот и Биробиджан совсем пустой. Там только одни голодные собаки бегают.
«Вот оно что, – жуткая мысль обожгла все внутренности Пинкуса, – то-то он где-то слышал, что в Питере на Финляндском вокзале формируют длиннющие составы из теплушек. А народ питерский ни о чём не догадывается».
На Манежной площади тоже митинг. Там горланит кандидат в президенты, певичка Жанна Грей, в девичестве Маша Сидорова. Аудитория у неё протестно-прикольная, как отмечают журналисты.
При регистрации в избирательной комиссии ей дали понять, что негоже возможному русскому президенту быть с фамилией и имечком «Жанна Грей», где русским духом и не пахнет. Помощники кандидата Жанны Грей тут же пообещали, что когда она станет президентом, немедленно вернёт свое прежнее имя Маша. Ну а фамилия, может она к этому времени замуж выйдет. «Ну, тогда другое дело, – согласились в избирательной комиссии, – тем более женщина-политик яркая и элегантно-сексуальная, добавит выборам интриги».
А Жанна Грей на Манежной площади уже кричит в микрофон:
– Все за меня, все за меня! Голосуйте за меня! Это значит против всех! Против всех, против всех! Только так можно сменить нынешний режим!
Жанна Грей нынче в строгом чёрном костюме. И круглые черные очки делают её похожей на строгую школьную учительницу. Но брючки в обтяжку по-прежнему выдают нашу прежнюю Жанночку Грей. Вот как вильнёт попкой, так у мужиков в портках начинает кое-что шевелиться.
В толпе какой-то бомжеватый мужик подобрался к трибуне, где выступает Жанна, да как заорёт: «То ты голой жопой вертишь, то ты в президенты метишь!» Тоже мне Пушкин нашёлся. Нынче поэты, как и в дальние советские времена по подвалам собираются.
А ведь народ ходит на концерты Жанны не только слушать её писклявый голос, а больше смотреть, как она в коротенькой юбочке и без трусиков на сцене вертится.
А к мужику, что про жопу Жанны ляпнул, уже подошли двое в серых плащах, аккуратно скрутили руки, рот зажали, чтоб не орал. И – в автозак.
А Жанна будто и не заметила того бомжа. Заговорила вдруг ставшим суровым голосом. И откуда у этой очаровательной особы, чуть перевалившей, свои тридцать пять лет,[46] появился металл в её сопрано. Металл в голосе – это и есть, как утверждают некоторые специалисты, первый признак, что Жанна Грей может со временем стать Екатериной Великой. Извиняюсь, Машей великой. Пока слово «великая» пишу с маленькой буквы.
Но Жанне не придётся, как вышеназванной особе, заставлять своих любовников убивать собственного мужа. Кстати, мужа у Жанны нет. А любовников она меняет как перчатки. Так что на них трудно положиться, если что… Может, со временем появится и муж, раз уж эта мадам собралась в президенты.
Что-то мы явно заболтались.
