– Дальше идем, – прокомментировала Мист, снова поворачиваясь к Башне и ускоряя шаг, насколько позволяла неровная, изрытая, источенная водой земля. Тут и там вода и злое волшебство выворотили из земли захоронения, и стены последних заупокойных домов покойников торчали, словно гнилые зубы. Из лужи прямо у входа в Башню торчала безжизненная гнилая рука, с которой местами старое мясо слезло до костей, а сама полуобрушенная арка входа казалась провалом в первозданный мрак. Это выглядело до странного знакомо и от этого еще страшнее, поэтому Мист осторожненько притормозила, с подозрением глядя на плещущуюся внутри тьму, и рука в луже зашевелилась, словно пытаясь поймать зазевавшуюся жертву.
Мист беззвучно взвизгнула заметив движение: открыла рот, перекосила лицо, но ни звука не издала, кроме громко вдоха, и отпрыгнула в сторонку. Торрен равнодушно ударил Хладогрызом по торчащей конечности, отсекая ее и заставляя плюхнуться в лужу с отвратительным бульком.
– Мне кажется, – сказал он. – Или такое же было в Сарэне? – спросил он, вытирая лезвие меча от гнили краем плаща.
– Я твоим плащом больше не укрываюсь, – предупредила девушка, с отвращением на это глядя.
– Как будто я тебе предлагаю, а? – фыркнул парень. – Так что?
– Когда кажется, Эйну молиться надо.
– Нет уж, я лучше тебе помолюсь. Эйн далече, а ты вот под боком, может, и услышишь, – он хмыкнул и убрал меч в ножны пока что.
– Тебе не кажется, – смилостивилась Мист. – Такое было в Сарэне. Это самый настоящий проход в Домены.
– В самом деле? – оживился Эррах, подлезая сбоку, чтобы лучше видеть и в то же время, не подставляться под потенциальные удары из неведомых далей. – Стационарный проход? Так вот от чего, значит, тут мертвецы ходят.
– А я-то думала, может, им просто мокро лежать? – огрызнулась Мист, но потом смилостивилась и объяснила своему официальному ученику. – Мы уже видели такой проход в замке Сарэна. Правда, я все равно понятия не имею, как его закрывать.
– А как вы это сделали в прошлый раз? Или так и оставили?
– Мы прошли в Домены, встретились там… с…ар-Маэрэ Иллемэйром, и он вернул нас назад. После этого прохода уже не существовало, вероятно, он его и закрыл. Поэтому я понятия не имею как это делать.
– С ар-Маэрэ Иллемэйром? – изумленно повторил Эррах, глядя то на Мист, то на Торрена, то на Тьму впереди. – С настоящим? Живым?
– Скорее, мертвым, – рассудила Мист. – Но настоящим, несомненно.
– А он поможет снова?
– Что ж его, людоеда, знает, – почесала подбородок Мист. – Жертвы у нас для него нет, кого он жрать станет?
– Ты шутишь? – осторожно предположил Эррах, снова переводя взгляд с одной на другого, но оба его приятеля выглядели очень серьезными.
– В любом случае, я другого варианта, чем туда слазить, не знаю, – вздохнула Мист, с неодобрением глядя во мрак арки.
– Значит, слазаем, – бодро согласился Торрен.
– Ты бы остался, – сморщила нос Мист. – Кто тут за порядком следить будет и спасать всех, если что? Рах, что ли?
– Я с вами пойду! – тут же всполошился эльф.
– Рах не будет. Айтхара будет, – кивнул на свою зеленую подругу Торрен. Та стояла чуть поодаль, уважительно оставляя пришельцам пространство для маневра и обсуждения грядущих геройств.
– Эта будет, – согласилась Мист и вздохнула. – Ладно. Рах, учти, я тебя отговаривать не буду. Особо спасать – тоже не буду. Так что ты идешь под свою собственную ответственность.
– Да, Моррайт, – с даже излишней готовностью погибнуть за новые знания отозвался эльф. Мист неодобрительно на него посмотрела, но комментировать не стала.
– Айтхара! У нас тут дело.
– Я слушать, Моррайт, – легко отозвалась орчиха, в два широких шага приближаясь к ним.
– Мы трое должны пройти в Домены богов, чтобы уничтожить эту вашу тьму, вернее, закрыть проход туда, откуда идет искажение, вызывающее все местные беды. Мы можем вернуться, а можем не вернуться. В любом случае, если на вас будут нападать – уходите к своей стоянке. Понятно?
– Моррайт и братья идти царство богов, воевать боги, чтобы не слали мертвецов. Мы ждать, пока мочь, потом уходить, – резюмировала Айтхара.
– Вот так и рождаются легенды, – хмыкнула Мист. – Но в целом правильно. Тор? Готов?
– Всегда, – отозвался парень и, рисуясь перед Айтхарой, красиво выпрямился, ни дать, ни взять, герой на пороге эпического подвига.
– Рах?
– С тобой, Моррайт, – подтвердил тот. Выглядел он куда менее героически, но Мист была уверена, что, во-первых, сама смотрится еще хуже, а во-вторых, что орки со своими большими сердцами найдут им всем место в своих легендах, вне зависимости от внушительности.
Она протянула одну руку Торрену, вторую Эрраху, и решительно шагнула во мрак, не оборачиваясь – а Тор успел обернуться, чтобы послать своей подружке воздушный поцелуй.
Шаг через растянутую и перекошенную тьму длился целую тягучую вечность – до тех пор, пока Мист не смогла открыть рот, обнаружив у себя его наличие, и позвать во мрак: “Дея, зову тебя”, больше ощущая в этом потребность, чем вспоминая свое первое такое путешествие.
