– Если хочешь, я могу показать его тебе.
Магистр не изменил выражения лица, но во всей его позе появилось напряжение. Он медленно отвёл глаза.
– Нет, это уже перебор. Мне достаточно твоего рассказа.
Он что, испугался? Дмитрий Москвичёв боится вида крови? До чего же трудно в таком облике воспринимать его всерьёз!
Я подробно описала видение, а потом рассказала, что наблюдала в реальности. Паша помалкивал, а Дима тарабанил пальцами по крышке своего ноутбука.
– И ты считаешь, что в тот момент Максим погиб? – поинтересовался он, когда я умолкла.
– Да, там нить его энергии обрывается, – ответила я.
– А может быть так, что он исчез, нить оборвалась, а потом появился в другом месте с новой энергией?
Сразу видно «внешника»! Совершенно ничего не понимает в тонких материях!
– Нет, не может, – стала объяснять я. – Я назвала энергию нитью для наглядности, на самом деле энергия человека не зависит от его местоположения. Когда я прикасаюсь к ней, то вижу его во всех местах сразу, я могу увидеть его прошлое и будущее. И у Максима Гольца больше нет будущего.
Дима нахмурился и сжал губы. На его подростковом лице эмоции легко читались.
– Но ты ведь могла ошибиться? – полувопросительно произнёс он. – Предсказания – не самая точная область!
Я чуть не закатила глаза. И он туда же!
– Какой у тебя уровень магии, Дмитрий? – прохладно поинтересовалась я, но ответа дожидаться не стала. – Ходят слухи, что первый. Если бы тебе сказали, что твой защитный щит – явление нестабильное и при его создании ты легко мог ошибиться, что бы ты этому человеку ответил?
На мальчишеском лице расползлась улыбка.
– Понимаю, Полина, понимаю! Я вовсе не хотел тебя обидеть. Однако я впервые столкнулся с таким явлением, как испаряющийся в воздухе человек! Я обязан рассмотреть все возможные объяснения.
Я ничего не ответила на это.
А Дима взглянул на Пашу.
– Здорово, что ты её привёл! Никогда не имел дела с Провидцами, очень любопытно!
Я ощутила себя невиданной зверюшкой, которую инквизитор притащил на потеху своему начальнику. Поднявшись с места, я сказала:
– Извините, мне уже пора.
– Постой! Ещё один вопрос! – поднял руку Москвичёв. – Если бы Максим или кто-то ещё, присутствующий в квартире, был невидим, ты бы его заметила?
– Разумеется, – сказала я с ноткой превосходства. – Моя способность и заключается в том, чтобы видеть скрытое.
– Потрясающе!
Он встал.
– Послушай, Полина, а ты не хотела бы работать на меня?
Я покосилась на Пашу, но его лицо ничего не выражало.
– И в чём будут состоять мои обязанности?
– Будешь обнаруживать то, что скрыто. А назовём мы твою должность «Пророк», например, – мечтательно протянул он, глаза у него засияли энтузиазмом.
«Про девчонок, про рок», – вспомнилось мне, и я, не удержавшись, прыснула. Но, заметив, как сдвинулись белёсые брови Магистра, сделала вид, что закашлялась.
– Прости, но меня устраивает моя текущая должность пророка, где я сама себе хозяйка.
– Но у меня есть отличное финансовое предложение, – белозубо улыбнулся Дима.
Сначала Катя, теперь он. Шли бы вы все…
– А если я не продаюсь? – процедила я.
В окне напротив отражалось моё недовольное лицо. Диме, впрочем, тоже мой ответ не понравился. Он вскинул подбородок и явно хотел сказать что-то резкое.
Но тут в разговор вмешался Паша. Он встал между нами, как судья.
– Постой, Дима! А как насчёт того, чтобы Полина была приглашённым консультантом в моём расследовании? А когда мы раскроем дело, то она даст тебе окончательный ответ.
Москвичёв сбавил обороты и, поправив ворот рубашки, благосклонно кивнул.
– Да, ты прав. Пусть сначала Полина увидит, что ей выгодно работать на меня.
– Ты согласна? – уточнил у меня инквизитор.
И если Магистра я могла бы послать, то Пашу мне подводить не хотелось.
Я пожала плечами.
– Ну тогда – в курс дела я тебя ввёл. Позвоню, когда будут новости! – бросил он своему начальнику, подталкивая меня к выходу. – До скорого!
Выйдя из здания, мы остановились. Холодный воздух быстро остудил мой пыл. И чего я так взъелась на Диму? Он мне просто работу предлагал!
Но не понравилась мне его фальшивая подростковая физиономия. Он притворяется не тем, кем является, есть в этом диссонанс. А может, и не притворяется? Вон как вспылил из-за моего отказа, прям шестнадцатилетний юнец!
Мимо по Невскому как ни в чём не бывало текла людская река. Тучи над головой набухли, готовые разразиться новой порцией сырости. Сейчас бы сидеть дома в тёплых носках и поглощать горячий ужин. Желудок поддержал эту мысль внезапным урчанием.
Я взглянула на Пашу. Он натягивал на голову капюшон. Мне теперь было непонятно, какие у нас отношения. Мы просто вместе расследуем убийство или между нами нечто большее? Если я приглашу его ко мне за ноутбуком, как он это воспримет? Решит, что я намекаю на секс? А если решит, буду ли я возражать?
Паша тоже не помогал: у него тренькнул телефон, и он уставился в экран, забыв о моём присутствии.
Наконец я решилась предложить ему совместную поездку на автобусе, но тут вспомнила о важной детали.
– Паша, а где же твой кот?
Он поднял глаза на меня, оторвавшись от телефона, и они у него округлились.
