Он разминал запястья, когда услышал шаркающие шаги, перемежающиеся с деревянным стуком. В коридоре разросся трепетный свет, приблизился, освещая каменные блоки стен. Стал виден источник, толстая свеча, и светоносец, женщина с замотанной бинтами головой. Идёт, опираясь на костыль, правую ногу подволакивает, свечу держит высоко. Видны волосы, торчащие меж бинтов, поблескивает глаз. Одета в тёмный камзол на мужской манер, с серебряными пуговицами.
Остановилась напротив камеры, глядя на Орландо, выдохнула хрипло.
– Привет, давно не виделись.
– Луиджина? Ч-что он с тобой сделал?!
– Наказал, как и обещал, хуже, чем в Чёрной Комнате, но и без неё не обошлось.
Орландо прикрыл глаза, ткнулся лбом в прутья и прошептал:
– Зачем? Зачем ты тогда пришла? Надо было бежать!
Девушка коснулась его волос, провела ладонью до щеки, вздохнула и покачала головой.
– Тогда бы ты умер. Теперь у тебя есть шанс, убей Гаспара. Не дай ему мучить детей после меня, пусть сгинет!
Луиджина мелко затряслась, по щеке блеснула слеза, впиталась в бинт на подбородке. Орландо открыл глаза, просунул руки меж прутьев и осторожно положил ладони на плечи. Одну поднял и вытер бегущие слёзы подруги, сказал, едва сдерживая эмоции:
– Обещаю. В этот раз он умрёт, даже не коснувшись меня.
Мечница кивнула и прошептала:
– Хорошо, жаль не увижу, меня ссылают в дальний монастырь, а тебя… через пять дней выставят против него.
Она хотела сказать что-то ещё, но откачнулась от решётки и торопливо заковыляла прочь. Швырнула свечу под стену, огонь погас и осталась только тьма. Парень отступил к кровати стискивая кулаки и закусив губу, лишь бы заглушить рвущийся наружу вопль.
***
Папа Римский сидит на золочёном троне из слоновой кости с высокой спинкой, за ним колышется карминовая штора. Сам трон стоит на малом возвышении, а ниже по ступеням колено приклони Гаспар. Левый кулак упёр в пол, а правый прижал к груди. Понтифик потягивает вино из высокого кубка из чистого золота, украшенного церковной символикой.
– Вы желали меня видеть, господин?
– Да, твой трофей уже готов? Близится лето, и я устал ждать обещанный бой. Тебе пора браться за нового ученика.
– Это может не понадобиться, если парень согласится примкнуть к святому делу.
– А если нет?
– У него сильная кровь, господин, перекованное копьё Лонгина не смогло убить!
– Занятно, занятно… сегодня у меня встреча с наследником Германского престола и послом с архипелага Полумесяца. – Задумчиво протянул понтифик, уперев локоть в подлокотник и положив голову на кулак. – Пожалуй, да… завтра вечером, развлеки меня схваткой и определись с решением проблемы. Нам нужен второй, для поисков Грааля.
– Я помню и приложу все усилия.
Гаспар медленно поднялся, поклонился и, развернувшись на пятках, направился к выходу. Папа поднял взгляд к раскрашенному потолку, вгляделся в сцену распятия Христа и отпил вина. Вздохнул и спросил:
– Как думаешь, он справится?
– Нет. – Ответил некто за шторой. – У него было два шанса убить парня, третий не представится.
Понтифик кивнул, прислушался к звукам за спиной. Булькающим и чвакающим, будто переливают густую жидкость через тонкие стеклянные трубки. Звону стекла и едва заметным стонам боли.
Орландо разбудил грохот отпираемой решётки. Семь стражников вошли внутрь, пятеро, обнажив мечи, распределились вдоль прохода, а двое встали у кровати. Когда парень поднялся, один бросил рядом стопку одежды. Стоило переодеться, как на руках и ногах защёлкнули кандалы, скреплённые между собой короткой цепью. Вынуждающей горбиться и идти крохотными шажками.
Свет масляных ламп, закреплённых на поясах, выжигает глаза. Превращает конвой в искажённый образ дурного сна. Бряцание и стук сапог разносятся по коридору, отскакивая от стен и потолка. Двое стражников ведут Орландо под руки, трое шагают впереди, а ещё два за спиной. Оружие держат наготове, будто он попытается сбежать.
Пахнет сырой землёй и грунтовыми водами. Пол неприятно холодный и рельефный. Древние строители укладывали неотёсанные блоки, сохранившие следы кайла. Пленника провели мимо бесконечного ряда камер, вывели на винтовую лестницу, длинную настолько, что стражники, идущие по бокам, начали задыхаться. Из-под шлемов по щекам сбегают мутные струйки пота.
– Тяжко в железе? – Спросил Орландо, просто чтобы разорвать гнетущее молчание. – Ребят, вам бы что полегче носить. Зачем доспехи, если сторожите безвольных баб? Хотя учитывая эту процессию ради одного мужчины, да… вам против женщин и с такой бронёй непросто.
– Заткнись. – Рыкнули за спиной.
– А не то что? – Со смехом отозвался Орландо, обернувшись на ходу. – Убьёшь меня? Да ты и меч неправильно держишь!
Охранник стрельнул глазами на руку с оружием и Орландо захохотал в голос, запрокидывая голову. Осмеянный насупился, выругался сквозь зубы, рывком замахнулся садануть в затылок, но идущий рядом перехватил руку. Сжал, глядя в глаза и покачал головой. Стражник выругался повторно, вырвался, но бить не стал, чем породил новый взрыв хохота.
