Думал, что Филипп Бианский пойдёт с нами, но ошибся, тот отправился к себе в особняк. Кстати, только сейчас, поднимаясь с виконтом Николаем по лестнице, узнал, что и у главного инквизитора, и у кардинала имеются свои резиденции, хотя оба больше предпочитают обитать в королевском дворце, где у каждого из них есть личные апартаменты.
Виконт Филипп собрался немедленно начать расследование, по горячим следам. Конечно, инквизиция — это не стража и не тайный сыск, у церковников нет агентуры среди уголовных преступников и опыта работы с ними, всё же изобличать и ловить еретиков или культистов — несколько иная сфера деятельности. Тем не менее, кое-какие возможности и своя сеть агентуры у виконта Филиппа имеются. Ну-ну, пусть старается, глядишь, и вправду вычислит виновных в покушении на мою особу.
— Садись, Степ. — предложил прецептор.
— Если позволите, я постою. Здесь у окна. — улыбаюсь.
С седла, считай, сразу в кресло допросной. Задница не железная, намялась.
— Как хочешь. — махнул рукой хозяин кабинета, сам он опустился в своё кресло. — До сих пор в себя прийти не могу от случившегося. Никогда бы себе не простил, если бы покушение удалось. В общем, никуда тебе отсюда переселяться не следует. Оставайся здесь, тут будет безопасней.
Эй, дядя, решил поместить готлинского аббата под домашний арест? Так не выйдет ничего. Бастард Неллеров против воли в четырёх стенах не запереть. Тем более, в отличие от Карла, меня вовсе не весёлые девки, танцы и вино манят в гостиничные номера.
Хочу расположиться неподалёку от дворца и с помощью магии, плетений прослушивания, узнать, что происходит в королевской резиденции, о чём говорят, чего планируют. Даже если это напрямую моей особы не касается, роду Неллеров точно пригодится.
Спасибо, дорогой виконт Николай за заботу, прекрасно понимаю твои озабоченности, но.
— Мне уже ищут подходящие апартаменты и о безопасности есть кому побеспокоиться. — говорю твёрдо, спорить не собираюсь. — Со мной более роты неллерских гвардейцев, офицер герцогского сыска и отряд разведчиков. А беспечности, подобной сегодняшней, я не допущу. Обещаю. Вы же хотели о чём-то рассказать?
— Да, хотел. И всё же сядь. — настоял он и продолжил, только когда я разместился за приставным столом. Бурку я уже снял и отдал в приёмной какому-то брату. В кабинете после подземелий просто Африка по температуре. — У меня была беседа с его высокопреосвященством. Она касалась тебя.
Ну-ну, готов слушать. Только бы не тянул кота за хвост.
Словно послушавшись моих мысленных пожеланий, прецептор изложил суть своего разговора с кардиналом Марком Праведным достаточно быстро, уложившись в четверть часа, и из кабинета я вышел весьма хмурым.
В свои покои я шёл сопровождаемый Эриком и Ником, дождавшихся меня в приёмной. Надо было переодеться опять, чтобы предстать на обеденной трапезе в подобающем настоятелю облачении.
У коридоров прецептории не имелось наружных стен, ни одного окна. Освещение шло только от ламп, и выглядело всё окружающее мрачно, под стать моему настроению. Испортилось после беседы.
Мои спутники помалкивают, видят, что их господину необходимо подумать. Лишь наши гулкие шаги нарушают тишину сумрачных проходов. Братья сейчас все на молитве, и только мы тут шляемся.
Как и предполагала Снежная королева Мария, здесь в Рансбуре меня собираются взять в оборот, причём, похоже, сбываются оба её опасения, первое, касающееся моего участия в войне на востоке королевства, так совершенно точно, кардинал настоятельно попросил прецептора уговорить готлинского аббата в самом начале весны вместе с вновь сформированными полками отправиться в поход.
Что же касается второго вопроса, насчёт использования милорда Степа в качестве быка-осеменителя, то и тут проскользнули явные намёки. Вот зачем Марк Праведный интересовался, насколько тяготит меня сутана настоятеля, и не поспешил ли я принять сан, нет ли у меня желания вновь стать мирянином?
Нет уж, умерла, так умерла. Не знаю, что дальше будет, а пока меня всё устраивает. Ишь, чего надумали, женить. На ком? Ну, тут гадать не приходится. Принцессу поди подсунут. Правда, не знаю, как собираются это всё организовать. Тут ведь даже моего личного согласия недостаточно. Нужно, чтобы ещё и глава рода дал добро. Сейчас это герцогиня Мария, а летом им станет мой братец Джей.
— Милорд!
— Ваше преподобие!
На пороге апартаментов меня встречают соратники. Здесь же и капитан Бюлов и лейтенант сыска Николас. Примчались, видать, на крыльях, получив известие о произошедшем.
— Теперь вас каждый раз будут сопровождать два десятка воинов. — непреклонным тоном заявляет баронет Леон.
Я так понимаю, он решил воспользоваться моментом и начать мною командовать? Не на того напал, дружище.
