Зря наверное я так сказал. Кто она такая эта тётка? Наберу ненужных обязательств перед людьми невысокого ранга, и к чему это? Ничего, раз уж сказал, то чего жалеть. Слово не воробей.
— Благодарю вас, ваше преподобие. — коротко поклонилась женщина.
Оставив преподавательницу в откровенно восторженном состоянии, с Бертой выходим, взявшись за руки, в коридор. А здесь столпотворение. Пусть не весь алхимический факультет, но все, кто занимается на этом этаже высыпали в коридор. Не проверял, однако уверен в аудиториях сейчас не осталось ни студента, ни преподавателя. Сергий мой мало напоминает ледокол, а ему приходится выступать в его качестве, пробивая нам дорогу. Хорошо, что люди тут вежливые, расступаются, прижимаются к стенам, освобождая проход. Меня просто едят глазами, а на Берту смотрят с откровенной завистью. Чувствую, любви к ней теперь не прибавится, скорее, наоборот, но, уверен, всё будет по другому. Миледи из Новинок обзаведётся свитой из подхалимов, лукавых друзей и попрошаек. Надо будет её предупредить. Надо? Сделаем.
— Привет, Ирен. — взмахом руки и улыбкой приветствую недавнюю знакомую из Любкиного парка, прижатую спинами однокашниц к нераскрытой створке двери в класс. — Как дела? Ник с Иваном на этой неделе не смогут с тобой и подругами встретиться. Служебные дела навалились.
Вот ещё одна девушка резко повышена мною в статусе. Ирен это сразу же осознала, вон как ошалела от восторга и что-то ответила мне уже в спину.
Пока идём к воротам, Берта рассказывает о своей жизни во дворце, всё, что не могло поместиться в письма. Ей там не очень хорошо, как ни странно. Да, отношение к ней весьма доброжелательное благодаря покровительству королевы-матери и принцессы, тётушка Ника тоже сильно помогает, приглашая на всякие посиделки в гостиных и альковах, но моя девушка всё равно чувствует себя там одинокой, гораздо более одинокой, чем раньше в деревне. Там у неё хотя бы подружки были. Про обстановку вокруг неё в университете она пока не сказала ни слова. Понимаю, что здесь дела намного хуже. Ну, захочет расскажет. Теперь-то будет по другому после явления Христа народу, в смысле, прихода милорда Степа Неллерского к ней в аудиторию.
На аллее Берта немного поработала у меня гидом. Показывая пальцем на здания, пояснила, где у них какие учебные корпуса, где столовая и общежития, где спортивный манеж и исследовательские лаборатории. Если честно, мне это не очень интересно, но изображаю внимание, девочке надо немного прийти в себя от эмоционального всплеска при нашей встрече.
Возле ворот дежурят уже другие студенты, помоложе и трезвые. Они передали мне приглашение от ректора и декана алхимического факультета их посетить. Наверное тоже хотят о чём-нибудь попросить или рассчитывают на очередные подарки от меня. нет уж, сено за коровой не ходит. Передал им, что буду рад их видеть у себя в арендованном особняке на следующей неделе. Адреса не сказал, вдруг заблудятся или не узнают, где я остановился? Напрасные мечты конечно, но надежда умирает последней.
Трактир «Чернильница и перо», куда часто ходят студенты, кому не хватает разносолов в своей столовой, располагается на другой стороне дороги от университетской ограды, в полусотне шагов от ворот, я даже в седло забираться не стал, к тому же, для Берты лошадь прихватить не догадался.
— А ты как сюда от дворца добираешься? — интересуюсь у своей девчонки.
— Мне портшез выделяют, но я чаще прошу королеву Матильду разрешить мне ходить пешком. Тут ведь недалеко, а вокруг столько всего интересного случается. — скромно опустила она голову.
Я её слегка подтолкнул в спину, чтобы она впереди меня поднималась на крыльцо трактира, где полный как колобок мужчина распахнул перед нами двери. Мои парни топают позади. Сюда я свернул, потому что у нас есть почти час времени до назначенной церемонии принесения вассальной клятвы. Пока в храме идёт проповедь, но дядя Курт пообещал, что десяти часам зал церкви будет в полном распоряжении нашего рода.
Да уж, «Чернильница и перо» не «Золото Кранца», грязновато, столов здесь вдвое меньше, а ароматы из кухни не самые приятные. Похоже что-то подгорело, а что-то прокисло, и всё это одновременно. Впрочем, по одёжке протягивай ножки, студентам, коих и сейчас во время занятий тут присутствовало больше полутора десятков, в основном переростки — парни и девицы далеко за двадцать, для них тут самый раз.
О, тут и те двое, что встретили меня у ворот. Уже готовые. Мама сказать наверное смогут, но вот оторвать свои задницы от скамей вряд ли. Расплылись в улыбках при виде меня, всё-таки заметили. От подскочившего ко мне трактирщика узнал, что эль здесь всего по шесть зольдов за кружку, даже страшно такое пиво пробовать, не то что пить.
