Уже и без собранных сведений вижу, что из дворца как из дуршлага известие об ультиматуме принца Филиппа просочилась на городские улицы и площади. Тревожное ожидание на лицах многих людей явно усилилось. Для простонародья очередная война, хоть с внешним врагом, хоть гражданская, мало чего хорошего сулит. В лучшем случае отделаются повышением налогов. А можно и грабежей дождаться. Впрочем, столица королевства, насколько помню из истории, подвергалась разграблению за последние лет сто только раза четыре, и все эти безобразия проделывались самими же кранцевцами. Один раз неллерцами при моём прадеде, сумевшим хитростью и обманом захватить западные ворота Рансбура и ворваться своими полками внутрь периметра городских стен.
От арендованного особняка до университета совсем близко, если по столичным меркам. Оставили далеко справа ипподром, переехали по мосту реку, дальше двинулись вдоль амфитеатра, полюбовались красивым главным храмом, и вот уже цель нашего короткого путешествия. Минут двадцать всего потратили. Местных. Если земными, то получается десять-двенадцать. Чёрт, уже почти полтора года здесь, а всё ещё перевожу паргейские единицы измерения в земные. Давно бы пора отвыкнуть от этой дурацкой привычки.
Университет — это целый комплекс зданий, в основном трёхэтажных, но имеются и пониже. Сколько их здесь? Десятка полтора навскидку. Обнесены высокой белокаменной оградой с кованными воротами, говорят, их тут трое, мы подъехали к главным. Ещё внутри периметра можно видеть неплохой парк, аллеи со скамейками и плац, большой, наверное целый полк сможет маршировать. Меня впечатлило.
Главное учебное заведение королевства — государство в государстве. Существует за счёт платы за обучение, даже с королевской казны не постеснялись взять деньги на обучение моей девчонки, и за счёт пожертвований от аристократических родов. Ректора преподаватели выбирают сами, король лишь утверждает. Интересно, были случаи, когда монарх бы этого не сделал? Надо будет спросить как-нибудь. Мне вообще-то всё равно, но ради любопытства. Внутри появившихся передо мной стен действуют свои законы и правила. Охрана нанимается в гильдии наёмников, а внутренняя стража существует давно и потомственная. Нет, я не наивный и понимаю, что если власти насолить, она тут из всех душу вытрясет, но формально университет независим.
Возглавляет его баронет Александр Уртий, дедок за шестьдесят, маг с восемью или девятью оттенками источника, тётушка Ника сама толком не знает. Ректор приходится дальней роднёй герцогу Альфонсу, недоброжелателю нашего рода. Хотя считается, что в университете нет места родовым склокам, всё равно не очень приятно. Зато декан алхимического факультета виконт Дик Лорен — какой-то там то ли четвероюродный, то ли троюродный кузен герцога Ормайского, а Конрад нашей семье союзник.
— Вы с какой целью прибыли милорд? — интересуется высокий и широкоплечий наёмник, один из двоих стоящих на страже университетский ворот. — Если можно, попрошу представиться.
— Можно, почему нет? — спрыгиваю с коня. — Милорд Неллерский, аббат Готлинской обители. Хочу увидеть будущую родственницу и, наверное, ректора или декана. Есть какие-то препятствия к моему проходу внутрь?
— Нет, милорд. — учтиво поклонился караульный, бросив на меня изумлённый, внимательный взгляд. Неужели наслышан обо мне? — Проходите. Но солдатам, вашему эскорту нельзя. Извините.
— Не за что извиняться, дружище. — отмахиваюсь. — Со мной только он пройдёт, мой секретарь. — делаю неопределённый жест себе за спину, там Сергий уже тоже спешился, последовав примеру начальника.
— Эй, оболтус! — позвал второй наёмник студента в сером балахоне, лузгающего семечки, прислонившись к стене небольшого домика, дежурки, наверное. — Проводи милорда Степа, куда ему нужно.
Первый караульный открыл передо мной калитку, и мы с Серёгой вошли на территорию университета. Из двери показался ещё один студент, тоже в мантии, зевающий, открыв рот на ширину фолианта с описаниями приключений Никиты-путешественника.
Обоим учащимся лет по двадцать пять или больше. Не удивительно, раз тут можно хоть сто лет учиться, были бы у родителей деньги. От дежурных разит перегаром, как будто бы только утром выползли из-за стола. А почему как будто бы? Так и есть, вижу ж отчётливо. Наверное, назначены на свой пост в качестве наказания, а не отчисляют алкашей, потому что, во-первых, за всё заплачено, а, во-вторых, пьянство тут не тот порок, за который могут дать пинка под зад. Я догадливый. И умный, чего уж.
— Вас, э-э, куда проводить? — спрашивает то, что ближе.
Они похожи очень, но не братья. Просто выражения лиц у обоих одинаковые, как и мятые, неопрятные мантии, всклоченные волосы, лёгкая небритость, никакого уважения во взглядах на меня — вот и почти близнецы. А что смотрят так непочтительно, так ведь студенты, одним словом.
