Он на меня строго таращится: «Что ты тут делаешь одна?»
— Я-я-я… — по сторонам озираюсь, подбирая слова, и тряпку протягиваю перед собой в знак доказательства. — Пыль протираю…
Этот внутрь проходит: «У меня скоро дырки от твоих тряпок появятся. Не ходи сюда так часто».
На монитор бросаю мимолетный взгляд.
«Фух, выключился…»
Флешку в немного влажную тряпку перекладываю, пока он к креслу идет. Засовываю ее в карман: «Хорошо. А когда в следующий раз прийти?»
Он на меня поднимает недовольный взгляд, игнорируя вопрос: «Где Игорь? Почему он не с тобой?»
Неуверенно жму плечами: «Н… не знаю…» — и, как мышка, крадусь с другой стороны стола к выходу.
Ну как «не знаю»… Конечно, знаю! Он в магазине. Финики я «захотела»…
— Все. Иди! — приказывает Абрамов, махнув рукой и надменно добавляя, — Свободна. Я скажу Але, когда в следующий раз нужно будет убираться, — заканчивает, прижимая кнопку включения компьютера на дне монитора.
А я уже ног не чувствую. Страх ни на секунду не убывает. Он так властно со мной поговорил, посмотрел исподлобья — а я уже в гробу, земельку сама на себя накидываю. У Абрамова ужасно строгий взгляд и эта энергетика…
Нет, что-то я прям очень боюсь его. Это не Игорь. Это что-то в миллионы раз опаснее. Мне явно нужно держаться от него подальше!
Ухожу в комнатку к девочкам. Мою все тряпки, пытаясь сбить напряжение крепким выжиманием ткани насухо. Слезы сами собой накатываются. Моргаю чаще. Плечом убираю крупные капли и уже дышу рывками от обиды.
Это замечает одна из моих коллег — Айка. Она провожает взглядом еще одну горничную — Лику, которая выходит в коридор, и подходит ко мне: «Амели, что-то случилось?»
Слегка поворачиваюсь на ее голос: «Нет. Ну… То есть… Да! Этот Максим так со мной разговаривает…»
Айка мило улыбнулась, прикоснувшись к моему плечу: «Брось ты. Это же Юрьевич. Он самый добряк из всех. Знаешь, как он моей семье помог! Зря ты так про него».
— Ну, тебе, может, и помог, а вот мне грубит. Не понимаю, что я ему сделала…
Она от меня отмахивается: «Да ну тебя. Ты лучше поубавь пыл с Игорем. После него все девки отсюда увольняются. Ну, или их увольняют».
Удивленно тяну бровь: «В смысле?»
Айка присаживается на стул: «В прямом. Я тут уже лет пять работаю. И при мне… Девок шесть-семь уволилось после его «ухаживаний». Он вообще кобель! Сорокалетний кобель! Пользуется девками, а потом их выкидывают!»
Мое удивление не спадает с лица: «Ему сорок?»
— Сорок-сорок пять. Где-то в этом промежутке.
Выжимаю последнюю тряпку, вешаю ее на батарею и подсаживаюсь к коллеге: «И он не женат?»
— Поговаривают… Была у него одна девка. Кира, кажется. Тоже тут работала, но недолго. Так вот… Эта Кира… Изменила ему разок. Больше ее никто не видел…
Глаза распахиваю, уткнувшись ей в лицо: «В… в смысле?»
Айка кислую мину строит: «Че ты заладила «в смысле-в смысле»? В прямом смысле! Увез он ее куда-то и…» — не договаривает и проводит большим пальцем по шее, «крякнув» ртом.
Всем телом к ней тянусь, пришептывая: «Че… убил… что ли?..»
— Ну, тип того. Он предателей не любит. В принципе, как и все люди. Только он их настолько не любит, что сметает сходу.
Откидываюсь на спинку стула, скрестив руки: «Охренеть…» — выдыхаю, перекладывая ножку на ножку и уже потряхивая ею.
Только упомянули его, и он тут как тут. Дверь нашу распахивает и лыбится у порога: «Ами, а я тебя везде ищу…» — протягивает пачку с финиками, — …вот. Такие?
Бросаю взгляд на Айку.
Она со стула подлетает, тряпку для пыли хватает и выбегает из комнатки.
А мне капец как интересно…
«Если он убивает предателей, то… Как его предал мой муж?.. Или это был просто заказ?.. Но из-за чего?..»
Тяну легкую улыбку: «Такие…»
Он сжимает брови, кивая на мою ногу: «Ты че? Че с тобой?»
Слегка головой трясу, расслабляя конечности: «Да нет… — встаю со стула, — …спасибо большое… — хватаю пачку, — …устала что-то…»
— Мика сказала, что вы сегодня идете к ней. Могу отвести тебя и забрать.
Продолжаю держать себя в руках. Мне теперь уже и с ним страшно. Максим будто отошел на второй план в списке «боязливости» после новости о том, что Игорь, помимо моего мужа, еще и какую-то девушку… Это самое…
— Да не, я на такси… Спасибо…
— Какое такси? — его лицо тотчас меняется с дивно милого на безумно злое. — Ты че? Нет! Я буду переживать! Лучше со мной!
«Нет! Лучше уже вообще без любого обитателя этого отеля…»
Отель. Работая тут уже три месяца, я каждый день вижу ужасную сторону жизни. Сюда заселяются такие люди, которых в быту встретишь и не поймешь, что это за свиньи. Я же убираю за ними и вижу, у кого какой «мусор» за кроватью. Особенно меня раздражает убирать использованные презервативы. Это безумно тошнотворно…
Как-то раз я решила пойти убираться в номере, не дожидаясь Игоря. Тогда я еще не понимала, что именно в этом сопровождении я могу получить реальную защиту. Одной туда соваться точно нельзя.
Так вот, захожу в номер, а там — девка голая на кровати и два мужика. Таблички «Не беспокоить» не было. С ресепшена им позвонили и предупредили, что я буду убираться. Они согласились, уточнив, что могу прийти сейчас.