– Тяжелый. Кованый металл. Таким ударишь по голове, можно и проломить. Это я насчет той гематомы, которая на голове у тела. Вполне вероятно, что пострадавшего именно им и огрели.
– Оставляем?
– На ободке видны какие-то ржавые пятна, вполне возможно, что кровь. Надо положить поближе к телу, а то эти горе-работяги еще и не найдут, пожалуй.
Колун оставили, тело вернули в изначальное положение, все было готово к приезду полиции.
Оставалось проверить тот сугроб, в котором резвился Барон. Собака сначала с изумлением наблюдала за тем, как его двуногие друзья роются в том самом сугробе, из которого совсем недавно хозяин с жуткими криками извлек самого Барона. А потом пес решил присоединиться к забаве.
«Ага! Оценили!» – вот что читалось на его довольной морде.
Но к удивлению и даже немалому разочарованию Барона, друзья его хозяина да и он сам совсем не понимали смысла этой забавы. Они не ныряли с головой в сугроб, они не вынюхивали тысячи удивительно захватывающих ароматов, которыми пропахло это место, они просто методично прочесывали снег, пытаясь найти в нем что-то.
Но это что-то лежало много глубже! Почти на самой земле! И Барон это отлично знал. Он нырнул в снег раз, нырнул другой, и вскоре откуда-то снизу донеслось его ворчание.
Пес что-то нашел, и это что-то было тяжелым, у Барона не получалось принести хозяину свою добычу.
– Ну, что у тебя там?
Саша опустил руку и почувствовал что-то холодное, что удобно легло ему в руку. Потянул, не поддается.
– Крепко примерзло!
Пришлось откапывать. Копали с четырех сторон, даже Таня оживилась и присоединилась к поискам. Именно ей удалось отковырнуть примерзший предмет. И вскоре из-под снега появилась сковорода.
Какое-то время все четверо с недоумением смотрели на нее, потом посыпались вопросы и предположения:
– И откуда она тут взялась?
– Выкинул кто-то.
– Странно это, – усомнилась Таня. – Отличная же вещь. Чугунная и с эмалью. У моей бабушки была такая.
– Сковорода уже изрядно попользованная. Эмаль во многих местах по краю откололась. Ручка поцарапана, даром, что из чугуна. Выкинули, и все тут!
– Много ты понимаешь, – возразила Таня. – Моя бабушка, например, готовила на такой совершенно восхитительные котлеты. Никогда потом ни в одном ресторане мира я не пробовала таких котлет. И секрет был именно в старой сковороде, точно такой же, как эта.
– Такой же?
– Ну, или очень похожей. А кстати!.. Ведь у бабы Гали тоже такая сковородка. Ну да! И она как раз куда-то запропастилась!
Слава фыркнул:
– Думаешь, сковорода бабы Гали обладает крыльями или на худой конец ногами, с помощью которых она переместилась из Диковинно сюда в Подберезье? А потом огляделась, место ей понравилось, и она решила дальше никуда не двигаться, а зимовать в сугробе возле часовни?
– Нет, конечно, нет, – улыбнулась Таня. – Но кто-то же украл у бабы Гали эту ее сковородку. И мы не знаем, кто это сделал и куда этот человек отнес свою добычу.
– Таня! Это совсем другая сковорода!
– Не знаю, – с сомнением произнесла Таня. – Надо бабе Гале все-таки ее показать. Очень уж бабушка из-за своей потери убивается. Пусть даже эта сковорода чужая, но хозяевам она явно не нужна, а баба Галя говорит, что она прямо как осиротела. Вдруг эта сковорода ей на что-нибудь да и сгодится?
Слава не стал дальше спорить. Он был человеком благоразумным и точно знал, что спор с женщиной сокращает жизнь мужчины ровно на то время, которое он тратит на этот самый спор.
Так что в Диковинно они вернулись с трофеем. Егор остался разбираться с полицией, а их отправил назад, сказав, что вполне достаточно одной жертвы, ни к чему давать здешним сотрудникам поле для их деятельности.
– Местные и в трех соснах способны дров наломать, – перефразировал он по-своему известную пословицу. – Так что двигайте от греха подальше. Мадам Матильда неспроста так убивалась, что именно ей выпала роль свидетельницы. Но сегодня Борову не повезло, на меня ему спихнуть это убийство не получится. Не его уровень.
Когда друзья вошли в дом, то все уже спали. Будить бабу Галю, чтобы показать ей свою находку, никто не решился. Демонстрацию найденной в сугробе сковороды было решено оставить до утра.
Что касается оставшегося в Подберезье Егора, то ему и впрямь этой ночью пришлось несладко. Взяв на себя все трудности общения со здешней полицией, он в полной мере вкусил прелести местечкового хамства.
Начать с того, что прибывшие на вызов ребята были сильно нетрезвы. Не так чтобы от них всего лишь попахивало, нет, они были реально пьяными в хламину.
Сначала Егор списал все на молодость, холодную погоду, праздничные дни, когда наливают и угощают в каждом доме и трудно удержаться от соблазна, но оказалось, что это были еще цветочки.
Едва державшиеся на ногах полицейские принялись запугивать Егора, лишь увидев его рядом с погибшим.
– Признавайся, за что ты его так? Чего вы с ним не поделили? Бабу? Деньги? Он был тебе должен? И сколько?
Егор рискнул и сказал:
– Если был мне должен, глупо мне было бы убивать его.
