– Пожалуйста. Мне скрывать нечего. Заплатил он мне, все по чесноку. Как и договаривались, тридцать тысяч дал. Да еще десятку я отвалил парочке тех идиотов, которые согласились приютить у себя сбежавшую молодку. И пятерку, я знаю, пришлось сунуть водителю, за меньшую сумму этот хапуга войти в положение не пожелал. Дорого ему примирение сыночка обошлось, если только дело и впрямь в нем.
– Значит, тридцать тысяч тебе отвалилось просто за то, чтобы уговорил семейную пару взять к себе на постой Таню?
– Да!
– И тебе заплатили тридцать тысяч?
– Да!
– Но в это же время семейной паре, которой предстояло приютить у себя дома абсолютно постороннюю им молодую женщину, что должно было создать для них определенный дискомфорт, было заплачено всего десять?
– Они и десятке этой были рады-радехоньки. Лохи! Я же им обещал, что заплачу больше. Десять – это был просто аванс.
И все же Егор считал, что в этой оплате труда была какая-то странность. Евсею за несколько минут не слишком квалифицированной работы – тридцатку, а Марине с Сергеем за постой Татьяны – десять. И ведь даже было неизвестно, сколько времени понадобится для «примирения супругов». Хорошо, день, а если два или даже три? Тогда как?
– Как этот клиент на тебя вышел?
– Он мне позвонил, сказал, что есть работа, дело на несколько минут, а заплатит он тридцать косарей. Я лишь спросил, не криминал ли. И он ответил, дело благородное, нужно помирить поссорившихся влюбленных. Я и согласился. Действительно, благородно. И платит хорошо. Приехал, отработал, получил гонорар, все!
– И тебе не показалось странным, что за такую плевую работу тебе столько отвалили?
– А я на меньше и не согласился бы! – самоуверенно произнес Евсей.
– А что было потом?
– Потом я домой вернулся.
– И никуда больше не уходил?
– Никуда. У меня и свидетельницы есть. Я подружек позвал, мы с ними мой гонорар и прокутили. Буквально перед вами девчонки свалили.
И Евсей замолчал. Не верить его словам у друзей не было повода. Вроде бы все укладывалось в рамки того, что они знали и раньше. Вот только ясней от всего этого, увы, не становилось.
Нужно было в срочном порядке выяснять биографию Михаила Потаповича Филинова и дальше думать, где и в каком месте он мог пересечься с Таней настолько серьезно, что пожелал устранить ее.
– Подружек имена назвать можешь?
– Зачем вам?
– Для проверки твоего алиби.
– Одна Маруся, вторая Ируся.
– Телефончики их дать можешь?
– Да, пожалуйста. Мне скрывать нечего.
И Евсей продиктовал номера телефонов, услышав которые Таня вздрогнула и зачем-то полезла в свой мобильник. И пока Егор записывал, она судорожно рылась в сотовом. Потом побледнела, поджала губы и виновато взглянула на Егора. Но тот ничего не замечал. Он позвонил Марусе, представился следователем и спросил, чем она занималась двое суток.
– Обломисто! – захохотала девица. – В чем бы вы меня ни попытались обвинить, алиби у меня безупречное, его могут подтвердить двое моих друзей Евсей и Ируся.
Примерно то же самое сказала и Ирина, которая еще обругала Егора за то, что он ее разбудил.
– Только прилегла, а тут вы! И не стыдно тревожить людей по пустякам!
Стоящая рядом Таня услышала эту фразу и отчего-то побледнела так сильно, что теперь уже не заметить это было невозможно.
– Что случилось?
– Ничего. Просто душно стало.
– Выйдем на воздух.
Евсей, не скрывая своего облегчения, захлопнул за ними дверь. А друзья спустились на улицу.
– Ну? – вопросительно взглянул Егор на девушку. – Что с тобой?
– Боюсь, ты скажешь, что я окончательно рехнулась или… сама затеяла всю эту историю.
– С какой целью ты мне это говоришь?
– Понимаешь, когда ты звонил этим Ирусе с Марусей, я же рядом стояла. И слышала их номера телефонов. И голоса я их тоже слышала.
– И что?
– И… и… и это мои подруги! – запинаясь, выдавила из себя Таня.
– Кто?
– Ируся с Марусей! Это мои подруги. Единственные.
– И как давно ты их знаешь?
– Ну… Они появились почти сразу после смерти мужа. Ируся занималась его похоронами, всякие там бумаги оформляла, все на ней было. А Маруся помогала с поминками, нужно было все организовать, за всем проследить. А я что-то совсем ничего не могла.
– Значит, эти двое сотрудницы ритуального агентства?
– Нет, как я поняла, они работали в банке у моего мужа. Во всяком случае, так они сказали. Хотя…
– Говори?
– Я только сейчас поняла, что когда все, кто был на поминках, а это по большей части были сотрудники банка, который возглавлял мой муж, они сидели за столом. А вот Ируся с Марусей все время бегали туда-сюда. Ни на минуточку не присели и вели себя так, словно они тут посторонние. Тогда я не придала этому значения, решила, что они так суетятся, чтобы все прошло хорошо. Но теперь я понимаю, что они могли быть просто посторонними. В банке у мужа я их прежде никогда не видела, хотя несколько раз бывала там.
– Пошли обратно к Евсею! – решительно произнес Егор. – Похоже, что он сказал нам далеко не все, что был должен!
Но когда они поднялись на нужный им этаж, то оказалось, что Евсея уже нет дома.
Сколько они ни звонили, ни стучали, на шум выглянула лишь недовольная соседка, которая воскликнула:
