— Вы уж не обессудьте, Терентий Павлович. Что было собрали, да и принесли. Только если можно, наедине. Вещи редкие, да и вам потом так спокойнее будет…
— Ждан у меня парень проверенный, — ответил дворовой. Однако довольно быстро жадность и нетерпение взяли верх. — Ладно, Ждан, подожди за дверью.
— Гриша, вылезай.
Бес под удивленным взглядом дворового материализовался из Трубки прямо на шкуре медведя вместе с мошной. Затем развязал мешок и достал оттуда какую-то огромную штуку, как признался сам бес — от веретена. Не знаю, для чего она была нужна, но выглядел артефакт весомо. И еще, по заверениям Гриши, хранил внутри больше всего хиста.
— Это и все остальное в мешке мы хотели бы отдать вам. Если, конечно, вы захотите взять!
Дворовой даже не услышал намека на ловушку в моих словах. Его глаза заблестели, как две золотые монеты, а в голове прозвучал звук пробиваемой кассы. Про неожиданное появление беса он уже вообще забыл.
— Чего бы не захотеть, — в одно мгновение он спрыгнул с кресла, обежал стол и протянул загребущие руки к веретену.
А Грише только того и надо было. Он и так едва сдерживался, чтобы не кинуть часть веретена в дворового. Когда же тот добровольно забрал проклятый артефакт, отскочил в сторону, с удивлением глядя себе на руки.
— Что это⁈
Вроде вопрос простой, однако от голоса дворового веяло подкатывающей истерикой. Еще чуть-чуть и закричит.
— Не вопи, — тут же осадил я Терентия Палыча. — Гриша, говори.
Бес явно немного робел. Все-таки окончательно и бесповоротно ссориться с дворовым было жутко. Но в то же время у него имелись наставления от меня.
— Артефакт проклят, — торопливо пробормотал он. — Если от него не избавиться, то с каждым часом он станет жечь сильнее. И все твои мысли будут заняты лишь тем, чтобы избавиться от него. Если, конечно, не выполнишь на… мои требования.
— Матвей, ты понимаешь, что делаешь? — от взгляда дворового можно было прикуривать. — Я же тебя в порошок сотру.
— А я тут причем? — деланно удивился я. — Я же молчу, ничего не говорю. Это Гриша чего-то хочет. Он у меня бес своенравный, мне не слуга.
Терентий Палыч тяжело засопел, но сыпать гневные проклятья и взывать к помощниками не стал. Уже хороший знак. Наверное, он бы стоял так и дальше, раздумывая над собственным положением, но гадский артефакт, который Гриша предварительно разогрел, с удовольствием впился в новую жертву, раскрашивая эмоциональную картину в темные тона.
— Что вы… ты, — посмотрел на беса он, — хочешь?
— Ты распорядишься, чтобы все лавочники могли торговать с хозяином, как и раньше.
— Хорошо, сделаю, — торопливо отмахнулся дворовой. Правда, той самой рукой, в которой оказалась часть веретена.
— Именно сейчас! — потребовал Гриша. В его голосе постепенно прибавлялось уверенности. — Пошли свою нечисть, чтобы прямо сейчас пробежались по торговцам. Разве что к вэтте заходить не надо, у нас с ними свои счеты. И мешок с артефактами убери с прохода. Если пикнешь что-то не то, умрешь до захода солнца.
Терентий Палыч разве что зубами не скрипел. Правда, тут уже не разберешь — от злости или от боли. В любом случае, он сгреб мешок с артефактами и утащил его к себе под стол. После чего залез обратно в кресло и заорал:
— Ждан! Ждан!
Бес едва успел спрятаться в Трубку. Домовой же ворвался так, словно был готов мгновенно вырубить как минимум пару обидчиков. Наверное, ждал от меня какого-то подвоха. Но заметив, что все сидят чинно и благородно, недоуменно посмотрел на босса.
— Возьми Бояна, Любима и Карима. Пробегитесь по всем торговцам, кроме вэтте. Скажите, что отныне я дозволяю торговать с Матвеем.
— Надеюсь, они управятся минут за пять? — меланхолично спросил я.
Хотя больше всего меня все же интересовало, как в эту компашку вписался Карим? И что это за нечисть? Джин какой-нибудь? Так у нас вроде их нет.
— Всех бери, — торопливо исправился дворовой. — И быстрее, быстрее!
Когда дверь захлопнулась, я поднялся с крохотного стульчика. Удалось это с большим трудом. Вот понакупят мебели в «Детском мире», а ты потом мучайся.
— Ладно, мы тогда тоже пойдем.
— Но ты сказал, что…
— Я ничего не говорил! — перебил его я. — Гриша.
Бес выскочил как черт из табакерки. Да не просто выскочил, а влез двумя ногами прямо на стол дворового. Ничего себе наглый какой, уважаю.
— Сиди и штаны суши. Скоро придут за тобой и избавят от проклятия. Только не высовывайся никуда.
После чего Гриша вновь благополучно залез в Трубку, и я направился к двери, на ходу глянув на часы. Блин, на минуту опаздываем.
Мне потребовалось приложить огромные усилия, чтобы не побежать к выходу из Подворья. Хватило того, что я шел самым быстрым и размашистым шагом. Надеюсь, нигде поблизости не оборвана линия электропередач.
Правда, оказавшись перед выходом, я не стал торопиться убраться восвояси. Встал за углом так, чтобы видеть стену дома, и начал ждать. Давай, Витя, давай.
