В течение этих же лет тысячи мексиканцев набирались железнодорожными обществами для работы по прокладке новых или улучшению уже существующих путей. В 1907 г. один подрядчик в Эль-Пасо завербовал для четырех крупнейших железных дорог 6474 мексиканских рабочих. В 1908 г. шесть агентств по найму рабочей силы в Эль — Пасо завербовали для различных железных дорог Юго-Запада 16 479 мексиканцев[255]. Мексиканцы набирались также для неквалифицированной работы во многих рудниках Юго-Запада, причем их использовали главным образом в самых опасных местах — на работе, связанной с большим риском, в качестве отгребщиков и уборщиков породы. Многие завербованные на железные дороги и рудники мексиканцы через некоторое время переходили на сельскохозяйственную работу.
Издание в 1924 г. закона, ограничившего иммиграцию из Европы, значительно стимулировало приток мексиканцев в Соединенные Штаты. Слабое проведение в жизнь до 1924 г. иммиграционных законов и неустойчивое положение в Мексике создали добавочный стимул к продвижению мексиканцев на север. Завершение в 1910 г. мексиканской железной дороги и постройка хороших шоссейных дорог наряду с широким использованием в 20-х годах автомашин создали еще более благоприятные условия для миграции.
Техас стал резервуаром дешевой рабочей силы и поставщиком рабочих в другие штаты. Волна мексиканских иммигрантов докатилась на север до Детройта, а на восток до Питтсбурга. «Мексиканцы, — сказал в 1927 г. один калифорнийский хлопковод, — рассеиваются, как облака. Их можно найти во всех уголках Америки». Уже в 1908 г. мексиканские рабочие — мигранты из Техаса — работали, правда, небольшими группами, на плантациях долины реки Миссисипи; тысячи же мексиканцев вербовались в Техасе для работы в свекловодческих районах Севера. 27 октября 1919 г. местная газета в Покателло (Айдахо) выражала свое недовольство «несколькими тысячами человек, работавшими по сбору сахарной свеклы», застрявшими там в конце сезона из-за полного отсутствия денег на отъезд. Целый поездной состав мексиканцев был отправлен из Техаса в Сиетл, откуда мексиканцев предполагали перебросить в Аляску для работы там на рыбоконсервных заводах. Пока эти рабочие ехали в Аляску, компания обанкротилась, и рабочих пришлось привезти назад в Сиетл, где лишь благодаря пожертвованиям удалось собрать деньги на их обратный проезд в Техас[256]. В отличие от иммигрантов из Европы «кочующие и не воспринимающие американскую цивилизацию» мексиканцы не осели и не обзавелись своим хозяйством — они все время в движении.
Контрактация иностранной рабочей силы запрещена с 1885 г. федеральным законом. Но на время войны действие этого закона было приостановлено. С 1918 по 1921 г. в силу специального разрешения, полученного свекловодческими компаниями, для работы по контракту было ввезено значительное количество мексиканцев, причем временно было прекращено взимание пошлины за каждого ввозимого рабочего и приостановлена проверка грамотности иммигрантов. За эти годы мексиканцы пересекали тысячами мексикано-американскую границу. К тому времени, когда закон снова вступил в действие, рабочий рынок Техаса был уже переполнен доотказа. Кроме того, с 1885 по 1924 г. этот закон все время нарушался. Техасские хлопководы каждый сезон засылали в Мексику своих агентов, которые вербовали рабочих, вручая им денежный аванс для переезда.
Нелегальное проникновение мексиканских рабочих в Техас было возможным благодаря активности вербовщиков-контрабандистов, зарабатывавших на этом большие деньги. Эти контрабандисты, так называемые «шакалы», пересекали границу не только для того, чтобы завербовать рабочих, но и для того, чтобы нелегально перебросить их в Техас. В результате деятельности этих контрабандистов количество нелегальных иммигрантов все время возрастало. За вознаграждение 10–15 долл. «шакалы» перебрасывали мексиканцев через границу — пешком у Ла-Колорадо, на лодках через Рио-Гранде или же на телегах, грузовиках и легковых автомашинах в других местах. Нередко они применяли другой метод, а именно: снабжали мексиканцев поддельными паспортами и квитанциями об уплате въездной пошлины. Каждая попытка ввести добавочные ограничения для въезда иммигрантов только увеличивала активность «шакалов»[257].
Немедленно после прибытия мексиканец передавался вербовщиком-контрабандистом подрядчику, так называемому «энганчиста», который продавал его за 50 цент, или 1 долл. какому-нибудь предпринимателю для работы в рудниках, на железной дороге или же в сельском хозяйстве. Подрядчики руководили всеми делами из Ларедо и Эль-Пасо, но держали в другом месте, преимущественно в Сан-Антонио, своих агентов. Помимо этого, подрядчик имел много других статей побочного дохода. Он не только получал от предпринимателя вознаграждение за вербовку рабочих, но также взимал с рабочего деньги за перевозку и питание[258]. Доходы от подобной деятельности были огромны. На всем протяжении от Калексико до Браунсвиля[259] подрядчики-«шакалы» создали мощную и сплоченную организацию.
