Десять лет назад от 35 до 40 % рабочей силы для свекловичных полей Мичигана вербовалось агентами из районов Толедо, Цинциннати, Чикаго, Буффало, Сент-Луиса, Канзас-Сити, Акрона, Кливленда и Янгстауна. Остальная часть рабочих состояла из постоянно обитавших в Мичигане бельгийских, венгерских и польских семей. Кроме того, сюда приезжали, правда, в незначительном количестве, мексиканские рабочие из Техаса. Вообще говоря, по мнению мичиганских свекловодов, «лучше не пользоваться местной рабочей силой. Новые рабочие особенно желательны потому, что они крепче держатся за работу; местные безработные не так хороши. Предпочтение полностью отдается пришлым бельгийским и мексиканским рабочим, так как они приезжают, зная на что они идут, а местные рабочие не хотят оставаться на этой работе. Предпочтительно иметь дело с мексиканцами, так как они более благоразумны и услужливы, менее требовательны, достаточно умны и с ними легче сговориться… Мексиканцы охотно выполняют приказания. Другие же рабочие причиняют много хлопот».
В свекловодческих районах еще сохранились некоторые остатки семей осевших здесь когда-то ранних иммигрантов, а из таких мест, как Чикаго, Саус-Бенд, Мишавака и Цинциннати, все еще продолжается какой-то приток белых рабочих. Но около 85 % всех свекловичных полей обрабатывается законтрактованными рабочими, из коих 57 % — мексиканцы из Техаса.
В некоторых районах, как, например, в Сагинаве, количество семей ранних иммигрантов и количество мексиканских семей более или менее равно. Интересно отметить, что в одном районе, а именно в Себевоинге, мексиканцы из Техаса составляют лишь 20 % сельскохозяйственных рабочих, а 47 % приходится на долю белых семейств из Миссури, Огайо и Кентукки. В этом районе семьи белых вербуются подрядчиками, которые обеспечивают им переезд на грузовике как туда, так и обратно, предоставляют им питание, кров и необходимый рабочий инвентарь (мексиканцы привозят свои мотыги и ножи) и, кроме того, платят рабочим «на круг» по 1 долл. в день. В этом случае, конечно, контракт заключается между свекловодом и подрядчиком, а не между свекловодом и каждым рабочим в отдельности.
Типичным жильем на свекловичных полях Мичигана служит «дом-фургон» — однокомнатное строение, помещенное на платформе, чтобы его можно было перевозить с одного места на другое. Дома занумерованы, и обитающие в них семьи значатся в списках компании под номером «дома-фургона».
В мичиганском департаменте общественного благоустройства имеются интересные данные о жилищной проблеме: в Сагинаве сотрудники департамента обнаружили три семьи, общей численностью в 19 человек, живущих в старом амбаре; в Гратиотском графстве они увидели массу «ужасающих» лачуг на окраинах городов Алма и Брекенридж. Уборные обычно отсутствуют. Вследствие того что весной часто бывают холода, окна не открываются. Рабочие пользуются для освещения и отопления керосиновыми лампами и свечами. «Мексиканцы согреваются тем, что сбиваются в одну комнату, где имеется печка». В одной постели спят 4–5 человек (в комнате почти нет мебели и постельных принадлежностей). Те, кому не повезло, спят на полу. Обследователи сообщили о том, что в графстве Таскола в свекловичный сезон одна семья не имела ни уборной, ни воды и что в таких условиях одна женщина родила ребенка. Установлено, что 75 % жилых помещений в графствах Монроэ и Леноуи совершенно не пригодны для жилья. Это 1–2-комнатные лачуги, кишащие паразитами, с плохой вентиляцией и грязными, помещающимися во дворе отхожими местами. В городе Стэндише с рабочих взыскивали по 35 долл. в сезон за проживание в «домах-фургонах». Мичиганский фабричный инспектор Форрест Г. Браун 18 августа 1937 г. сообщил следующее:
«Однажды я нашел 27 человек, живущих в одном домике. В другом случае я увидел три семьи, ютящиеся в принадлежащей обществу весовой. Семья в 10 человек живет в передвижном домике площадью 2,5×3,5
«Эти люди живут в скученных, ветхих лачугах, занимающих площадь среднего по размеру поселка на земле компании сахарозаводчиков. Большинство лачуг имеют только две небольшие комнаты. Они полны паразитов, чрезвычайно загрязнены, в них не имеется никаких элементарных удобств. В каждой лачуге живет от одной до трех семей. В одном случае одна кровать приходилась на 14 человек. Количество наружных уборных недостаточно. Ни одна из них, вероятно, никогда не чистилась и не дезинфицировалась».
18 мая 1938 г. мичиганская пресса привела следующую цитату из сообщения Брауна: «Жилищные условия в поселке мексиканцев, в Блиссфилде, самые худшие в Мичигане. Я обнаружил дом, в двух комнатах которого живет 12 человек. Площадь дома составляет 5×3,5
